Идеальный любовник

Он спустился со своего наблюдательного поста и спросил Джонни, отведя его подальше от посторонних ушей:

— Что ты думаешь?

— Боуэрс, вероятно, ошибся, — заявил Джонни.

Шон медленно покачал головой:

— Я чую его нутром.

— В последний раз, когда я виделся с отцом, он выглядел жалким. Он плакал, как сломленный человек, и я уверен, что Джек Реймонд еще долго не сможет ходить. Не думаю, что нам следует особо волноваться.

— Я рад, что ты их больше не боишься, Джонни. Но до тех пор, пока в их дьявольских телах сохранится хоть искра жизни, они будут представлять угрозу.

— Что ж, если Монтегью здесь и были, то теперь их уже нет.

«И где же они?» — спросил Шон самого себя.

— Англси, — произнес он вслух. — Завтра мы осмотрим Англси, просто чтобы убедиться. — «Сера-1» взяла курс домой в Грейстоунс, а О'Тул не мог избавиться от ощущения, что что-то случилось.

Предчувствие не покидало его, пока он поднимался к дому от мола. Грейстоунс выглядел странно притихшим, никого из слуг не было видно.

Неожиданно колдовскую тишину нарушил крик ребенка, но мрачное выражение не сошло с лица О'Тула. Он знал, что это плачет сын Джонни, а не его сын или дочка. Он бы отличил их крик от сотни других младенческих голосов.

Шон ворвался в свою спальню с ругательством на устах. Ему не было нужды открывать гардероб, чтобы убедиться, что Эмерелд забрала вещи и сбежала. Стоило ему отлучиться, как она уехала вместе с Эмбер. Эмерелд сделала то, что было выгодно!

Шон заметил конверт, оставленный ею у него на подушке.

Он схватил его и запихнул во внутренний карман своей кожаной куртки. Пусть его дьявол подерет, если он станет это читать! Его не интересуют причины, по которым она так поступила. О'Тул знал только одно: сегодня же вечером Эмерелд и близнецы вернутся в Грейстоунс!

Шон О'Тул прямиком направился в конюшни и оседлал Люцифера. Он не станет тратить время на пустую болтовню. Не нужны ему ни советы, ни помощь, чтобы вернуть своенравную женщину.

Он и понятия не имел, как давно карета выехала из Грейстоунса. Ему все равно. Не важно, сколько миль они проехали, он их нагонит и вернет.

Первые десять миль Шон не смотрел по сторонам, а только вперед. Потом он взглянул на небо, оценивая, сколько времени осталось до того, когда вечер сменится ночью. До полной темноты осталось не больше часа. Перед ним раскинулся Дублин, и оживленное движение на улицах заставило его замедлить бешеную скачку.