Не могу даже медкомиссию пройти.
Здоровье — это очень важно для пилота. Ведь если управлять боевой техникой, нередко приходится терпеть серьезные перегрузки. Стоит ли говорить, что далеко не каждая модель оборудована автопилотом, который бережно вернет тебя на базу в случае потери сознания?
Пока они сидели и мирно беседовали, в ангаре начали собираться люди. Бойцы стали загружать экипировку в самолет, да и тот пилот тоже появился, всё также будучи в скверном расположении духа.
— Нет! Я сразу сказал, нет! — кричал он.
— Не полечу я!
— Да с чего ты подумал, что можешь принимать такие решения? — проорал в ответ командир. — Твоя задача — доставить нас до точки высадки, а там уже хоть сколько можешь ныть.
— Мне этот мелкий ублюдок самолет сломал, так что я отказываюсь лететь. Сначала его под трибунал отдайте, самолет на капитальный ремонт, тогда и подумаю, — скрестил руки на груди пилот, понимая, что замену ему всё равно не найти. — Если так надо, пешком идите, тут недалеко.
— У нас уже группа собрана и на месте надо быть не позже, чем через час! — прорычал командир.
"
"— Ну так нечего было подпускать всяких криворуких к технике, — развел руками Гомнецов. — Всё теперь, придется ждать.
— Но это очень важное задание, придурок ты упертый! Как ты не понимаешь? Мы нового пилота прямо сейчас не найдем!
— Почему же? — Художник подошел к командиру отряда. — Я могу вас прокатить, — пожал он плечами.
— Гм… — задумался тот. — Ты же пилот из группы Первого, верно? — уточнил он, а Художник утвердительно кивнул.
— Отлично! А ты, Гомнецов, можешь снимать свою пилотку и брать в руки автомат. Я добьюсь, чтобы тебя в пехоту перевели, уж поверь.
Тот еще что-то орал, но его уже никто не слушал. Бойцы спешили как можно скорее погрузить в самолет все необходимое, командир носился и раздавал указания.
— Кстати, мне нужен помощник, — вспомнил вдруг Художник. — Я бы хотел взять с собой Гошу в качестве второго пилота. Вы же не против?
— А у него разве есть сертификат? — нахмурился командир. — Без бумажки сам понимаешь, я его взять не мог, — Художник вздрогнул, услышав это слово.
Ведь в прошлый раз он сам назвал летный сертификат «бумажкой». И за это его хорошенько отхлестала этим самым сертификатом Ирина, требуя уважительного отношения к важнейшему документу для любого пилота. — Всё-таки вылет не учебный, а очень даже тяжелый и серьезный.
— Командир, ну ты шутишь, что ли? — мимо проходил один из бойцов. — Это же Художник!
— Но сертификат… — замялся тот.
