А когда доел, улегся поудобнее, и погрузился в глубокий сон. Хорошо здесь всё-таки. Отличная, и главное, плотная развлекательная программа, трехразовое питание, и дневной сон. Вот этого на свободе мне не позволяли уже очень давно.
А завтра будет следующий день. И уверен, они смогут придумать для меня новое развлечение, не хуже прежних. А если не смогут, придется прорываться на следующий круг."
"Кабинет начальника четвертого круга
Примерно то же время
— Второй палач за три дня… — покачал головой мужчина в дорогом мундире.
— Это, вообще, нормально, как вы считаете? — кивнул он своим подчиненным.
— Не, ну он убил их честно, — развел руками старший охранник. — И кстати, второго даже не убивал! Тот сам себя прикончил!
— Чертов Кадалам с его обещаниями! — выругался начальник четвертого круга. — Кто же знал, что его принципы рано или поздно сыграют с ним злую шутку? — помотал он головой и уставился в окно, погрузившись в свои мысли. — А где его нашли, кстати?
— Да прямо в его рабочем кабинете. Он отдал конвоирам пленных, сел за стол, взял свой любимый нож и резанул себе по горлу.
Потому что обещал что-то, но не смог сдержать своё обещание, — развел руками один из младших начальников охраны. Собственно, ему об этом рассказали его подчиненные.
— А чего он пообещал-то?
— Да никто не знает. Мы спрашивали у пленного, но один потерял сознание в самом начале пыток, и ничего не помнит. А остальные вообще несут какой-то бред. Видимо, тронулись умом…
— В любом случае, в двух смертях фигурирует этот слабак, — заключил начальник, и уперся руками в стол.
— И мне это не нравится. Мутный он какой-то… А с такими надо разбираться сразу, — мужчина задумался на минуту и стал листать журнал с записями. — Гм… А давайте переведем его в другую камеру.
— Какую именно? С дикими зверями? — усмехнулся начальник охраны. — А не проще его прирезать? Одной проблемой меньше, и всё!
— Нет, он числится среди ценных пленников, — помотал головой начальник четвертого круга. — Прирезать нельзя, но если он пострадает случайно — совсем другое дело, — он продолжил листать журнал, и в какой-то момент остановился, а на его лице появилась довольная ухмылка.
— А давай поселим его в камеру, где сидит племя бешеных оборотней?
— А может не надо? — скривился охранник.
— Надо, Ергурий, надо!
Могло показаться, что охраннику стало жаль парня, но это не так. Он переживал, в первую очередь, за себя, и во вторую, за своих людей, которые могли пострадать, даже приблизившись к той камере.
