— Александр! Давай уже, начинай биться серьезно! — крикнул Михаил и ударил своей ногой магу по голове. — На полную! Или они нас, или мы их!
— Но ведь я…
— Давай!
Александр на мгновение закрыл глаза. Он не боялся, что в это время его проткнут мечом или насадят на копье, ведь в разные стороны вырвалась императорская энергия. Глаза его засверкали тем же золотистым светом, а меч покрылся пламенем.
— Вы пришли на земли Российской Империи, — спокойно проговорил Александр, а от его голоса задрожало само пространство.
— И теперь…
Цесаревич хотел показать захватчикам, кто хозяин этих земель. Но стоило ему сделать всего один шаг, как сознание стало резко угасать. Происходящее вокруг словно разделили на отдельные кадры, и в какой-то момент Александр осознал себя сидящим на земле. Руки перестали слушать его, тело покрылось ледяной испариной, а грудь разрывалась от нехватки воздуха. Но при этом он явно ощущал, как энергия струится по его жилам. И контролировать ее потоки цесаревич не мог.
— Ну всё, один готов! — довольно усмехнулся воин. — Теперь твоя очередь, — он указал мечом на Михаила.
— Мужики, а может не надо? — граф оперся на дерево, так как на одной ноге стоять было неудобно. — Мы же просто мимо шли, на лагерь напасть хотели. А не на вас.
На секунду воцарилась тишина, иномирцы переглянулись, и расхохотались.
— Александр, вставай! Помощь нужна! — воскликнул Булатов. Цесаревич, и правда, приложил все силы, но стало только хуже. Не успел он подняться, как его тело покрылось множеством искр и разрядов золотистой энергии.
В этот момент Александр осознал, что всё! Точка невозврата пройдена, и его жизнь закончится в этом лесу. Кажется, так и погибнет наследник престола.
— Что с тобой? — Булатов явно забеспокоился.
— Запретная энергия теперь полностью во мне, — вздохнул цесаревич. — Вот только я уже не смогу с ней справиться.
— Точно? — прищурился Михаил, а Александр уверенно кивнул. — Полностью, да?
— Да полностью, говорю же, — обреченно проговорил он.
— А, ну тогда хорошо, — граф попрыгал к ближайшему воину и, не успел тот открыть рот, как его голову снес мощнейший удар с ноги. С отрубленной ноги, разумеется. — Всё, мужики, всем спасибо!
— Что? — остальные приготовились к бою, и с недоумением смотрели на обезглавленный труп товарища.
— Ну, я своего добился, — пожал плечами Булатов.
Цесаревичу оставалось только недоуменно смотреть на происходящее.
