А я…
И как же мне теперь меч достать? Острие торчит из груди, рукоять где-то за спиной, и никак не дотянуться. Ладно, остановлю кровотечение, похожу пока с этой штукой.
Раненых телохранителей просто добил выстрелами в голову. Обидно, пока возился с ними, Напрудин успел сбежать. Предварительно напрудив в штаны…
Я же и не подумал останавливаться. Можно было броситься в погоню за купцом, но какой смысл? У него такой шикарный особняк, а сейчас сюда, чисто случайно, едет Черномор с тридцатью гвардейцами. И как мы заранее договорились, они приедут не только на броневиках, но и на грузовых машинах.
Всё это добро надо будет как-то отвезти домой.
За дверью послышался топот, стоило мне подойти к ней, как она резко распахнулась. Внутрь попытались ввалиться двое бойцов, но один взмах меча сразу оборвал их жизни.
Следующие. Еще трое бежали вверх по лестнице. Одного я пронзил клинком, тут же остановив его сердце, второго схватил рукой за лицо и одним рывком сорвал с него кожу. Да, жестоко. Да, затратно, всё же вызвать мгновенное отторжение тканей — не так-то и просто.
Но я немного обезболил его, чтобы не потерял сознание, и влил в кровь немало адреналина, заставив надпочечники поддерживать его дозировку до самой смерти. Тот безумно завизжал и побежал дальше. Да, теперь его увидят все. И пусть сто раз подумают, стоит ли ко мне так смело лезть.
* * *— Первая группа! Заходим! — скомандовал боец по рации, и пятнадцать бойцов с штурмовыми винтовками приготовились ворваться в особняк купца.
Тот поднял тревогу, но сам он уже умчался на своей личной машине, приказав уничтожить графа любой ценой. При этом он сразу поднял все силы, и потому к особняку сейчас стягивались десятки, а может и сотни бойцов, в том числе и бронетехника.
И вот, первая группа оказалась действительно первой. Они слышали выстрелы внутри, крики, и лязг стали, так что не стали заходить в дом, а двигались планомерно, рассчитывая каждый свой шаг.
— Открывай дверь! — приказал командир бойцу, и тот сделал шаг в сторону входа.
Но дверь распахнулась раньше.
Оттуда, обливаясь потоками крови, вылетел… Вылетело то, что когда-то было человеком. Кожи на лице нет, всё в крови, вылезшие из орбит глаза бешено водят по сторонам. И ужасный крик от боли… Он пробежал мимо собравшихся у входа бойцов и рванул куда-то по дорожке, продолжая бешено орать. Собравшиеся тут бойцы сразу передумали заходить в особняк.
— Командир… — прохрипел, застывший от ужаса, боец.
