Знала ли я? Там в глубине, во мраке, куда не достать, знала ли я, что Джейми больше нет? Вспоминаю, как мы плавали, и я потеряла его из виду. Тёмные мысли пронеслись тогда в моём сознании. Что я Джейми потеряла навсегда. А я потеряла.
– Прости, – говорит Шелли, стискивая мне ладонь.
– Не за что тебе просить прощения. Ты самым лучшим другом была… – Я вовремя осеклась. Не «нам». – Мне. Я думала, ты мной манипулируешь. Пытаешься меня заставить поверить, что мне то одно, то другое мерещится. В тот день, когда я решила, что кто-то домой залез, я случайно подслушала твой разговор по телефону.
Ты обо мне говорила.
Шелли не отвечает, видно, как она думает, вспоминает.
– Я ругалась с Тимом. Я только что узнала, что он мне изменил с той женщиной в гольф-клубе. А потом рассказывать не хотелось, ведь у тебя и своих бед достаточно. Прости, что я тебе не поверила про того мужчину из авиакомпании, – продолжает Шелли, – мне полицейские сказали, что он в окрестностях появлялся. Они с ним поговорили, он и признался, что тем вечером пробирался к тебе в сад.
Надо было тебе поверить, но я решила…
– Решила, что я свихнулась.
– Нет, – отвечает Шелли.
– Всё хорошо, я и сама-то себе не верила.
– А я тебе цветов принесла. – Шелли поднимает с пола букет жёлтых роз. На них нет магазинных бирок, только гибкая лента связывает стебли.
Я всхлипываю, резко перевожу взгляд на Шелли.
– Это ты мне цветы тогда принесла?
– Когда?
– Я на день рождения нашла у двери тюльпаны. И я подумала… подумала…
– Тесс, боже мой.
– Шелли подносит руку ко рту. – Прости, пожалуйста. Я совсем забыла про цветы. Я впервые когда приходила, принесла их, но тебя не было дома. Не хотелось, чтобы они подвяли в машине от печки, мне же ещё кое-куда надо было, ну я их и положила у боковой двери, подумала, вернусь – заберу. Я не знала же, что ты боковой дверью пользуешься чаще, чем главной. Прости меня.
Киваю, и снова молчание.
– Всё пытаюсь понять, что со мной правда было, – говорю я мгновение спустя.
– За мной гнался автомобиль. Это мне не привиделось? Или звонил мужик, говорил, что знает Марка. Сэндлер сказал, это у меня бред."
"– В полиции твой дневник посмотрели, Тесс. Ты записала дату и время, когда слышала голос на автоответчике и когда с ним разговаривала. Позвонили в телефонную компанию, выяснилось, что в это время никаких звонков не зарегистрировано.
– Ох! – Закрываю глаза, смаргиваю слёзы. – Видимо, придётся перед Йеном извиниться.
