Иди за мной (СИ)

Судя по недовольной моське, ей это не понравилось, но она не разозлилась и вела себя всё также приветливо.

Когда мы пробирались сквозь деревья к месту привала, я не спешил, шёл неторопливо, чтобы побольше времени провести с Трис наедине. Слева мелькнула и притаилась какая-то неясная тень. Нет, показалось. Но тревога снова стала меня одолевать. От Трис это не укрылось. Она беспокойно поглядывала на меня.

— Тебе что-то не нравится? Лес пугает? Или я веду себя не так? Я обидела тебя?

— Нет, нет. Всё так. Просто я… — горячо возразил я, пытаясь уверить, что дело не в ней.

Лиатрис поняла это по-своему и попыталась утешить меня историей из детства:

— Знаешь, если я боялась оставаться одна в Лесу без мамы, она давала мне веточку и говорила, когда страшно возьми эту веточку в руку и вспомни, что ты не одна, я о тебе думаю.

Трис протянула мне сосновую палочку и сказала то, что так важно мне было услышать именно сейчас.

Я смотрел на ветку в своей руке, и чувства бешеным потоком наполняли душу.

— Ты совершенно очаровательна, маленькая лесная колдунья, — только и смог сказать я.

Во второй половине дня мы значительно продвинулись. Идти было довольно легко. Только в одном месте нам попался завал из поваленных деревьев, который было непонятно как обходить. Но Рофальд, несмотря на внушительную комплекцию, легко и проворно залез на дерево и выбрал путь обхода.

Моё настроение заметно улучшилось, давно я себя так спокойно не чувствовал. Я поглядывал на Лиатрис, и перебрасывался шутками с Ларионом. В конце концов, он не выдержал и, с сомнением на меня глядя, спросил:

— Ты пока по Лесу бродил, не съел чего ненароком? Никакой ягодки незнакомой? Ты сегодня подозрительно весёлый.

Я рассмеялся его глупой шутке, но ничего не ответил.

Ближе к вечеру Рофальд, шедший впереди, неожиданно остановился, потянулся к луку и стрелам. Я замер, озираясь кругом.

— Что такое? — негромко спросил я.

Остальные тоже заволновались.

— Тише, — скомандовал Рофальд. — Дичь.

Я проследил за его взглядом. Недалеко на сосне сидел крупный глухарь с тёмными перьями и роскошным хвостом.

Тут Трис подбежала к Рофальду и вцепилась ему в руку, чуть ли не повисла на нём.

— Но это же мясо. — Рофальд безуспешно пытался отцепить от себя Лиатрис.

— Не надо мясо! Хочешь, я тебе деньги отдам, купишь мясо, когда вернёшься. — Она чуть ли не плакала.