Иди за мной (СИ)

А насмотревшись на чужую личную жизнь — на жизнь мамы, выбивающейся из сил и воспитывающей меня одну, на жизнь Нуны, немногим лучше, на вдовство Ильвы — я и вовсе семейное счастье и гармонию представляла чем-то эфемерным. Но Кит… Кит… У меня душа летает, только от одних мыслей о нём. Он тот, кому я готова подарить своё сердце. Подарить, моё сердце уже принадлежит ему. И я ему тоже нравлюсь. Нравлюсь! Я ему и правда нравлюсь! Голова кружилась от этой мысли. Неужели это то самое, о чём пишут в сказках? Любовь.

А в книжках не врали. Странное, особое, ни с чем не сравнимое чувство.

В лагере нас с нетерпением ждали. Амелия, как только увидела нас, тут же затараторила. Оказывается, она и Ларион прошли немного вперёд и увидели иней на мху и траве.

— Иней? Посреди лета? Уверены? — спросил Кит.

— Уверены. Мы аккуратно потыкали его прутиком. Похоже, что это обычный иней. Я хотела идти вперёд, но Ларион настаивал, чтобы мы вернулись за вами.

— Очень предусмотрительно с его стороны. — Кит одобрительно кивнул Лариону.

— Ты что-нибудь понимаешь? — Тови вопросительно на меня смотрела.

— Нет. — «Ну вот, — с досадой подумала я. — Так жаль разочаровывать друзей ещё раз. Ни про синие огоньки, ни про воду, ни про иней ничего не знаю. Плохой из меня проводник». Досада мелькнула и пропала, потому что мысли всё время возвращались к произошедшему между мной и Китом. Я стояла, разглядывая носки ботинок, а будоражащие воспоминания как волны накатывали на меня.

— Лиатрис? — мягко проговорила Товианна.

Оказывается, она вплотную подошла ко мне и с недоумением разглядывала. — Всё ли у тебя хорошо?

— Да. Спасибо. — Я слабо улыбнулась.

— У тебя щёки горят. Да и глаза лихорадочно блестят. Слишком крепкое вино? Или, ох, ты, наверное, заболела? Жар? — Она попыталась дотронуться до моего лба.

— Нет, нет. — Я поспешно отстранилась, наверное, ещё больше смутив Тови. — Это всё от быстрого бега. Мы спешили узнать, что случилось.

Я бочком отодвинулась, стараясь не замечать её взглядов.

Я, наверное, покраснела как маков цвет. Пусть думает, что хочет. Не объяснять же ей, что Кит меня… я глупо заулыбалась… поцеловал.

— Наверное, всё же в вине дело. — Тови покачала головой. — Ты что-то не в себе.

После недолгого обсуждения мы решили, что лагерь пока переносить не будем, разгадаем загадку с инеем и тогда определим, что делать. Но всю провизию мы собрали в мешок и подвесили на верёвке на толстом суку, чтобы зверушки не добрались.