Игра не для слабых: Дорога на юг

— Скорее всего, они уже мертвы, — покачал головой я, вытаскивая из ножен мизерикорд, — Но мы их поищем. Это я могу обещать. А теперь закрой глаза. С тебя достаточно забот и тревог этого мира.

Женщина прикрыла глаза. Закусила губу. Напряглась. Остриё мизерикорда с мягким чавканьем вошло под основание черепа. Пробило кость и вонзилось в мякоть мозга. Женщина дёрнулась лишь один раз. Очень слабо. На большее у её тела просто не было сил. Дёрнулась и обмякла. Её душа отправилась на божий суд, как утверждали местные.

Я встал и окинул взглядом остальных. Барон, Бернард, Вернон, Тур и Альберт взирали на это более-менее равнодушно. По крайней мере, хорошо держали себя в руках. А вот Айлин и Сюзанне совладать с эмоциями было куда труднее. Обе стояли и неотрывно смотрели на остывающий труп женщины. Побледневшие лица, сжатые до белых костяшек кулаки и нехорошее пламя, начинавшее разгораться в глубине их глаз. Сделавшим это ублюдкам определённо не стоит попадаться им на глаза. Живыми они после такой встречи не уйдут, да и умирать будут медленно и мучительно.

— Идём отсюда, — бросил я, отходя от распластавшегося на земле трупа, — Нужно осмотреть остатки селения. Может и правда кому удалось спастись.

Дом старосты уцелел лучше прочих. Может, потому, что был сложен из камня, а не из соломы, кое-как промазанной глиной. Дверь сорвана с петель. Внутри разруха и запустение. На пороге пятно свежей крови, с тянущимся от него длинным, размазанным следом. Кого-то зарубили, когда дверь подалась, затем подцепили крюком и поволокли по земле.

Быть может, того самого бедолагу, что болтается сейчас на колодезном журавле.

— Мы с ребятами проверим, — бросил Бернард, направляясь к двери, — вы постойте тут и последите, чтоб из дома никто не сбежал.

Кто именно может сбежать из этого дома, он уточнять не стал. А я не стал спрашивать. Кинул ещё один короткий взгляд на Айлин и про себя решил, что на сегодня с неё подобных зрелищ более чем достаточно. И так… Пищи для размышлений хватит очень надолго.

Я подошёл к ней и взял за руку.

Девушка осторожно прижалась ко мне и тихонько всхлипнула. Плакать она не стала. Сумела подавить эмоции. Ей нужен был лишь один момент. Пара секунд, чтобы чуть отпустить натянутые вожжи нервов, отстранившись от этого мира. И я их ей дал.

Внезапно из дома послышался короткий вскрик. Затем отборный, трёхэтажный мат. Мы похватались за клинки и уставились на чёрное жерло входа. Над ладонью Айлин вновь заплясали крохотные огненные искорки.