Он тренировал учеников и прощал предательства…
Полная судьбоносных решений жизнь поистине великого чужака так сильно повлияла на разум Ворона, что когда всё закончилось, и его выбросило к книге, он упал на землю и не решался лишний раз вздохнуть. То, что он видел… Такое сложно вообразить. Истинный монарх, объединивший процветающую империю. Уилл практически видел заново рождение Древнего Рима. Сможет ли он стать таким правителем? Парень сильно сомневался. Для этого нужно иметь что-то большее, чем то, что у него было сейчас.
Уилл не жаловался на свой характер, но понимал, что пока ещё лишён мудрости и необходимого опыта. Единственное, к чему парень пришёл после всего пережитого – он не хочет взваливать на свои плечи правление ещё одним государством. Не сейчас."
"«Какая в жопу империя…» – разбойник горько усмехнулся своим амбициям, пошатываясь и еле поднимаясь с земли, после чего взглянул на время. Как он и думал, прошло совсем ничего. Каких-то пять часов.
Ворон не принял поражения, но понял, что ещё не готов.
Эта мысль была простой и свежей. Время ещё есть, и, может быть, он сможет найти решение. Уилл повернулся в сторону книги и замер.
Прямо перед ней висел небольшой предмет. Перстень. Всё, о чём он только что думал, и выводы, к которым пришёл, вдруг стали такими несерьёзными. Он прошёл испытание? Если да, то кольцо – доказательство тому, а значит?.. Может?.. Уилл сглотнул и сделал шаг, но вдруг замер на полпути.
Его взгляд опустился на едва дрожащие руки, и память вновь пронеслась по недавним событиям.
Ворон взглянул поверх книги, туда, где виднелась голова колосса, и лишь спустя несколько секунд понял, что его глаза уже не пусты, как раньше. Они горели сияющим светом и будто смотрели на него, а затем… В воздухе раздался голос. Тяжёлый и очень, очень знакомый.
– Почему ты замер, посланник? Перстень, ради которого ты здесь, прямо перед тобой. Бери.
Уилл и сам не мог поверить в то, что сейчас скажет, но идти против своих же убеждений он не привык.
Доверяй самому себе – простое, но очень эффективное кредо.
– После всего, что я видел… – он покачал головой, словно рассуждая вслух, а не отвечая голосу с неба. – Такая сила. Тот, кто пережил всё это, несомненно, великая личность. Я и сам испытал немало боли и… Потерь. Добивался многого и преодолевал. – Уилл помолчал, ненадолго поддавшись воспоминаниями. – Быть кем-то великим, нет… Стать кем-то великим… Я никогда не думал об этом.
