Игрушка альфы

Любимый…

Это звучало так странно. Но это действительно было так. И как только я могла думать, что Герд играет со мной? Если он с самого начала знал, что я его пара, то как же мучился, когда я раз за разом отвергала его любовь… Представив, что Герд уходит, и я никогда больше его не увижу, едва сдержала слезы, а волчица внутри надрывно завыла.

Зато теперь я поняла и осознала, что такое настоящая волчья привязанность, когда твоя душа стремится навстречу другой душе. Сказать по правде, меня даже пугала такая глубина чувств.

Я будто видела Герда насквозь, могла заглянуть в его душу, почувствовать каждый стук его сердца, услышать песнь крови под его кожей, узнать все желания альфы, чувства и даже мысли.

— Герд, я так люблю тебя, — сорвалось с моих губ. В сердце что-то сладко щемило, отзываясь во всем теле, замирая невысказанными словами.

— Я всегда это знал, Лина, — уверенно произнес он. На дне черно-золотых глаз плескалось ответное чувство, окутывавшее меня ласковой волной. — Ты готова?

— Да, — твердо сказала я, а лицо Герда осветила улыбка.

— Ты принимаешь моих богов как своих, Лина?

— Принимаю, Герд."

"— Ты принимаешь меня как своего мужа и альфу, Лина?

— Принимаю, Герд.

— Твоя волчица принимает моего волка как часть своей души, Лина?

— Принимает, Герд.

Альфа крепче сжал мои пальцы, этим простым прикосновением посылая по телу целый вихрь чистого желания. Волчица внутри нетерпеливо пританцовывала, переступая лапами, и рвалась к волку Герда, смотревшего на нее с немым обожанием.

— Под светом Богини, под взором первого волка я, Альгерд-Вульф Эверик, отдаю тебе, Лина, свою душу — и человеческую, и волчью, — торжественно заговорил Герд. — Клянусь первым волком, что буду верным и надежным супругом, сильным добытчиком и защитником тебе и нашим волчатам, сколько бы их не было. Пусть свет Богини озаряет отпущенное нам первым волком время.

— Под светом Богини, под взором первого волка я, Селина Эльстед, отдаю тебе, Герд, свою душу — и человеческую, и волчью, — повторила я.

 — Клянусь первым волком, что буду верной и надежной супругой тебе и нежной матерью нашим волчатам, сколько бы их не было. Пусть свет Богини озаряет отпущенное нам первым волком время.

Едва замерли мои слова, камень под нами стал теплым, вверх от него поднялось голубоватое свечение, а факелы затрещали, разбрасывая вокруг искры.

— Боги услышали нашу клятву, — удовлетворенно кивнул Герд, развязывая ленту на наших запястьях и притягивая меня к себе.