Игрушка альфы

— Пожалуйста, Герд. Не надо.

— Сразу бы так, — буркнул, чтобы она не услышала, и через силу оторвался от разветвления длинных ножек. Не удержавшись, провел ладонью от круглой коленки до косточки бедра. — Теперь спать. У меня завтра тяжелый день.

Кивнула, все еще красная, как вареный рак, и попыталась подняться, но, силой уложив ее обратно в кровать, рухнул рядом, со стоном закрывая глаза. Тяжелый день. Действительно тяжелый. И все, чего сейчас просило тело — ее. Если не ее, то спать.

— Завтра, будь добра, подай завтрак и приготовь для меня одежду, — не открывая глаз, напомнил ей, и, накрыв рукой, притянул каменное тело к себе.

 — Я встаю с солнцем, ты должна встать раньше. Поняла?

Молчит.

Зарылся носом в ароматное облако волос и позволил себе, наконец, провалиться в сон.

Селина

Наконец-то утро.

Едва за окнами забрезжил рассвет, я соскользнула с кровати, задержав взгляд на Герде. Его мускулистое тело, к которому большую половину ночи я была крепко прижата, казалось высеченным из мрамора.

Альфа спал на животе, и я неосознанно задержала взгляд на широкой спине, на которой при каждом вдохе перекатывались тугие мускулы. На крепких ягодицах, не прикрытых одеялом, мой взгляд замер еще на пару минут.

Я плохо спала. Меня бросало то в жар, то в холод от одного только присутствия Герда, и мне это совершенно не нравилось. Мой жених, Диорн, таких чувств у меня никогда не вызывал. Да, он был красив, но при взгляде на него сердце не начинало тревожно биться, и при каждой встрече с ним я не гадала, чем это закончится.

Вспомнив о том, как бесстыдно я прижималась к альфе прошлым вечером, как мое тело отвечало на его смелые ласки и прикосновения и молило о продолжении, я в бешенстве тряхнула головой. А это его брошенное свысока «рабыня»! Если бы мои глаза могли излучать огонь, от Герда уже осталась бы гора пепла на кровати.

— Ты мне ответишь за эти унижения, волк, — прошипела я, натягивая не успевшее просохнуть с вечера платье. — Обязательно ответишь.

Помня о наказе альфы, я вышла из комнаты, осторожно прикрыв дверь.

Он хочет завтрак? Прекрасно. Он получит свой завтрак. И, возможно, даже одежду.

Спустившись по лестнице, у подножия я нос к носу столкнулась с Латисой, за которой следовали неизменные фрейлины. Мать альфы как раз собиралась подняться. Ранняя пташка. Точнее волчица. Не стоит забывать об этом.

Латиса смерила меня оценивающим взглядом с брезгливыми нотками, словно не понимая, что ее сын мог найти во мне.