Игрушка альфы

Ногтями я неосознанно царапала спину Герда, словно ставя на нем свою метку.

— Да, девочка… — довольное рычание альфы подсказало, что он не против таких знаков.

Я закрыла глаза, наслаждаясь незнакомыми ощущениями. В спальне было жарко, я чувствовала, как пот течет по моему разгоряченному ласками телу. Когда горячий язык Герда слизнул соленую каплю на груди, я выгнулась сильнее, неосознанно подставляя ему шею.

Проложив от груди вверх дорожку укусов-поцелуев, Герд замер, прикусив зубами кожу на ключице. Я вскрикнула, оказавшись на пике наслаждения, но альфа неожиданно замер, прекратив двигаться, словно заставив меня повиснуть над пропастью, на дне которой плескалось чистейшее наслаждение.

— Пожалуйста, — подвигав бедрами и понукая его продолжать, простонала я, тяжело дыша.

— Посмотри на меня, Лина, — хрипло прошептал Герд, выходя из меня и проводя своей плотью по лепесткам моего лона. — Я хочу видеть тебя.

Я открыла глаза, взглянув на Герда, черные глаза которого показались мне бездонными колодцами.

— Прошу тебя, — всхлипнула я, дрожа от предвкушения. Без горячего тела альфы мне вдруг стало холодно.

Дьявольски усмехнувшись, Герд одним мощным толчком вошел в меня, заставив судорожно вцепиться в его плечи. Я откинула голову и вздрогнула от накрывшего меня волной наслаждения, чувствуя, как мощная, горячая струя семени альфы устремляется внутрь.

Покачиваясь на волнах сладкого удовольствия, от которого кипела кровь, а тело пело, я вздрогнула, когда почувствовала, как Герд смыкает зубы на коже около ключицы, а потом зализывает свой звериный укус. Кожу опалило огнем, но бушующий внутри пожар был сильнее.

— Теперь ты моя, Лина, — жарко прошептал он мне на ухо. — Только моя.

Упиваясь незнакомыми ощущениями, я отстраненно подумала, что за такое удовольствие и умереть не страшно.

В его сильных руках было так спокойно, уютно и надежно, что я закрыла глаза, наслаждаясь этой простой лаской.

— Спасибо, — прошептала я, когда снова могла говорить.

Рука Герда легла на мою грудь, поглаживая моментально сморщившийся под его прикосновениями сосок.

— За что, Лина?

— За все… это… — смущаясь, ответила я.

Все-таки странные создания эти оборотни.