Игрушка для драконов

— Я буду рядом, — последнее, что я услышала, прежде чем позволила очистительной тьме, призванной восстановить силы, поглотить себя.

В этот раз восстановиться удалось довольно быстро. Когда я пришла в себя, в окно заглядывала огромная Луна, а на тёмном небе не было ни облака. Я прикрыла глаза и восстановила в памяти последние события.

Странный сон, полный томления плоти и страшное послесловие в виде мальчика с посиневшими губами, который совсем недавно улыбался и искал во мне товарища для своих нехитрых игр.

В комнате царил полумрак. Я встала и неуверенной походкой дошла до окна. Сейчас всё произошедшее в ванной Филиппа казалось дурным сном, я бы даже не поручилась, что окончательно проснулась. Поэтому так хотелось глотнуть свежего воздуха и почувствовать запахи сада. Может, это вернёт мне ясность мыслей. А затем я оденусь и спущусь вниз. За последними новостями.

В теории всё было просто, а в реальности негнущиеся пальцы никак не могли справиться с затвором.

— Что вы делаете, госпожа? — раздался сзади сонный девичий голос. Я, будто пойманная за чем-то запретным, вздрогнула и обернулась. И только тут разглядела новую горничную, сидящую в кресле, пододвинутом к изголовью кровати. Девушке на вид было лет двадцать, не больше, с двумя толстыми косами, уложенными на затылке, она выглядела моей ровесницей, однако несмотря на почтительную речь, вела себя раскованно, словно ровня.

— Пытаюсь пустить сюда свежий воздух, — сухо ответила я и возобновила прерванное занятие. На языке вертелась вереница вопросов, прежде всего о мальчике, но спрашивать незнакомку не хотелось: скажет ли она правду и кто её ко мне приставил? Если Клара, то добра не жди.

Пока я соображала, как бы избавиться от девушки, услать с каким-то поручением на кухню, например, та явно не желала оставаться молчаливой тенью.

— Как вы себя чувствуете, госпожа? — горничная встала позади меня на достаточном расстоянии, чтобы не оскорбить, но я чувствовала на себе её любопытный взгляд.

— Как Филипп? — спросила я, обернувшись, и затаила дыхание. Если горничная солжёт, я пойму это по её взгляду и жестам, а дальше оставаться в неизвестности не было сил.

— Хвала Троединому, малыш здоров, — девушка скользнула по мне взглядом, в котором читалось недоумение.