Вряд ли он что-то понимает, но стоит на стреме, готовый в любой момент разбить окно и ввалиться на разборки.
— Твоя бывшая вздумала нас отравить, — вздыхаю и перевожу взгляд на Родиона. — Сначала меня чуть не придушили в туалете, теперь вот яда подсыпали в десерт. Что дальше?
— Возьми ложку, Белла, — шипит Родион, — и съешь этот чертов пудинг на моих глазах.
— Я не голодна…
Надо срочно спасать ситуацию, а то Родион звереет. Его лицо идет красными пятнами, зрачки вспыхивают недобрым огнем, а губы вытягиваются в тонкую ниточку.
— Что ты нам подсыпала? — глухо урчит он и стискивает ложку в пальцах до побелевших костяшек.
— Ничего такого…
— Отвечай! — рявкает Родион, и пожилая пара столом у выхода подскакивает и выбегает на улицу.
— Слабительное, — едва слышно отвечает Белла и пристыженно опускает глаза.
Родион хмурится, и через мгновение небольшой зал полнится раскатистым смехом, которым можно напугать и самого Сатану.
— Съешь, — он вдруг замолкает и со стуком кладет ложку на стол. — Иначе, Белла, я лишу тебя этого замечательного места, которое я, сучка ты неблагодарная, тебе и помог открыть и вложил в него свои деньги.
Белла отодвигает свободный стул и с грациозностью обиженной королевы садится, вскинув подбородок. Когда она берет ложку пальчиками с острыми и длинными ноготками, я не выдерживаю:
— Родион…
— Что?
— Она раскаивается.
— Ты раскаиваешься? — он пристально всматривается в лицо Беллы.
— Нет, — тихо отвечает она и погружает ложку в ягоды и в сливки. — Я должна была попытаться.
И ревнивой стервой зыркает на меня из-под густых ресниц.
— Что у вас тут? — в двери входит Алекс и размашисто шагает к нам.
— Белла решила нас отравить слабительным, — отвечаю я и не могу сдержать тихий смех, — кому расскажешь, ведь не поверят.
— Слабительным? — фыркает Алекс и усаживается за стол. — Какой-то детский сад.
— Да, — я в истерике похрюкиваю, — вот мой бывший пошел ва-банк и решил не мелочится…
— Яна, несмешно, — кривится Алекс, и Родион щелкает пальцами перед Беллой, которая замерла с ложкой у рта.
— Ешь.
Белла с высокомерием взирает на него и медленно размыкает сочные уста, в которые слишком эротично отправляет воздушные сливки с кусочком клубничкой. Она даже сейчас в моем присутствии пытается соблазнить Родиона, облизывая и провокационно закусывая губы.
— Почему именно она? — Белла презрительно вскидывает бровь. — Я ведь лучше.
— Потому что я залетела, — я утомленно фыркаю и обиженно отворачиваюсь к окну. — Вот и весь мой секрет.
