— Если вдруг он с тобой заговорит, ты скажи ему... Скажи, что я все равно его люблю. Что он мой единственный старший сын, мой первый. И что бы ни случилось, он всегда может на меня рассчитывать. Всегда.
Губы дрожат, слезы безудержно текут по щекам, но я уже не прячусь, потому что глаза Андрея тоже красноречиво блестят.
— Хорошо, — киваю, и на экран летят соленые капли, — я обязательно ему скажу.
— Спасибо тебе, детка, — ровно начинает Андрей и съезжает на хриплый шепот, — ты не представляешь, как я по нему скучаю. Как мне его не хватает.
Просто не представляешь. Мы с твоей мамой любим нашу мелочь, но вас он нам не заменит, понимаешь? Ни тебя, ни его.
— Я знаю, Андрей, — шепчу, сглатывая застрявший в горле ком, — и Никита знает.
— Думаешь? — у Топольского на шее дергается кадык. Он тоже сглатывает.
Хочется сказать, что уверена, но обмануть Андрея не хватает духу.
— Да, я так думаю, — все, что могу сказать. Всхлипываю, вытираю глаза и слышу, как за спиной тихо закрывается дверь.
Глава 28
Маша
Торопливо прощаюсь, вскакиваю и выбегаю из комнаты.
Внизу хлопает входная дверь, и я беспомощно опираюсь о стенку.
Он все слышал? Или, как только увидел, что я говорю с его отцом, сразу ушел?
Иду в гостиную, там все та же картина разгрома. Где у Никиты уборочный инвентарь, я не знаю, он нам с Оливкой так и не показал. Соберу пока, что можно.
Сажусь на корточки, чтобы выбрать осколки покрупнее, как вдруг слышу грозный окрик:
— Не трогай!
Поднимаю голову. На пороге стоит Никита, спрятав руки в карманах, и смотрит на меня хмурым взглядом.
— Я сейчас все уберу, Ник, — бормочу примирительно, — ты только скажи, где у тебя пылесос, влажные салфетки и совок...
— Не лезь, — обрывает Никита, — завтра клининг придет, уберет.
— Зачем ждать клининг, — пробую спорить, — если я сама могу?
— Я сказал, не лезь, — в его голосе прорываются нотки раздражения, и я покорно встаю.
— Я думала, ты ушел, — кладу обратно осколки и теперь не знаю, куда деть руки. — Там дверь входная хлопнула...
— Это был курьер супермаркета, привез продукты.
Я заказал доставку.
— Никит, — собираюсь с духом и смотрю ему в глаза, — прости, я повела себя ужасно. Я совсем забыла, что у тебя день рождения. Мне так жаль, правда! Я хотела...
— Забей, — Ник машет рукой как будто успокаивающе, но я же вижу, что этот жест слишком наигранный. — Ничего такого. Я на твой тоже забил.
Отвожу глаза. Это правда. На мой день рождения дрон Демона принес мои любимые конфеты. А Никита, наверное, и не вспомнил.
