..
— Тебе отец звонил, просил передать, что... — начинаю тихо, но Никита снова меня обрывает.
— И сюда тоже не лезь, поняла? Это не твое дело, мои отношения с отцом."
"— Нет, это мое дело, Топольский, — вскидываю подбородок. Меня несет, но я правда не могу не лезть. Перед глазами стоит потерянное лицо Андрея, а в ушах звучит «Мне так его не хватает...» — И я не собираюсь молчать. Он твой отец, и он тебя любит. Всегда любил. Не его вина, что он полюбил мою маму, а она полюбила его. Они счастливы вместе, а ты чертов эгоист, если не можешь им этого простить.
А еще у нас с тобой теперь есть брат, нравится тебе это или нет. Он родной и тебе, и мне. Чудесный малыш, вылитый ты в детстве. Вот смотри, — достаю телефон, нахожу снимок, где мама рядом положила фото Максика и маленького Никиты. Они реально как две капли воды.
Никита бросает беглый равнодушный взгляд на экран и снова впивается в меня глазами.
— И что? Я за них рад. А теперь повторяю: мои отношения с отцом - это моя территория. Не стоит переходить границу, тебя они не касаются, — и совсем без перехода: — Я ухожу.
Не вздумай сунуться на улицу. Я никого не жду, поэтому никому не открывай. Буду поздно. И разбери продукты, которые привез курьер, твоя подруга сказала, что вы обычно покупаете.
Он действительно разворачивается и уходит. Дверь закрывается, проворачиваются сразу несколько замков. Топольский меня надежно запер, но это мне кажется совершенно лишним. Разве мне есть куда идти?
Окидываю взглядом разгром посреди гостиной. Поднимаю упаковку с месивом вместо торта внутри и иду на кухню.
На столешнице стоит увесистый пакет, набитый продуктами.
Немного цепляет то, что Топольский не спросил у меня, что нужно купить, а спросил у Оливки. Но я не позволяю себе загнаться на эту тему. Я сказала правду, я не с ним, а у него. В каком качестве, сама не понимаю. Так какая разница, с кем советовался Никита?
И тем более, куда он ушел...
Предательский мозг все равно выискивает варианты. Например, что Никита ушел отмечать день рождения с кем-то более адекватным и вменяемым.
А я не хочу поддаваться, лучше займу себя делом.
Перебираю продукты, раскладываю их в холодильнике. Откладываю масло, молоко, какао, маршмеллоу. То, что я люблю. И как раз то, что мне нужно.
Нахожу в шкафу небольшую кастрюльку — совсем новенькая, похоже, ею не пользовались со дня покупки. В пластиковую миску выкладываю бесформенный ком из обломков воздушного теста, орехов и крема. Даже со стенок упаковки соскребаю.
