Игры с хищником

Через неделю возьмешь свою благоверную и отправишься на Североамериканский континент. Тебе надлежит возглавить наше посольство в Мексике.

Предсказания Ангелины продолжали сбываться, поэтому Сергей Борисович молчал. Баланов сделал паузу, по-сталински раскуривая трубку, и вдруг спросил:

– Тебя ничто не удивляет? Например, понижение статуса?

Отбояриваться фразой в стиле «если партии надо, то я готов» было бы глупо и неуместно.

– Сказать откровенно?

– С вашей легкой руки я женился, – спокойно проговорил он.

 – Понимаю это как особое покровительство.

– Правильно понимаешь, – одобрил Баланов. – И хорошо, что не задаешь лишних вопросов. Полагаю, командировка в Мексику займет лет пять. Заводы ты строить умеешь. Теперь учись строить международные отношения. В будущем пригодится... И не подавляй волю своей жены. А то у тебя замашки домостроевские. Она моложе, еще ничего не видела, так пусть ездит, смотрит на заморскую жизнь. – Он достал из кейса пакет документов. – Это тебе. Изучай документы, готовься.

Появятся вопросы – обращайся напрямую.

Сергей Борисович открыл пакет, потянул оттуда бумаги, но Баланов небрежно отнял и бросил на стол.

– Не сейчас. Сегодня у вас праздник! Пойдем кушать чахохбили! Я уже слышал запах с кухни. Ангелина прекрасно умеет готовить. Тебе нравится кавказская кухня?

– Долго жил холостяком, не избалован, – признался он. – Поэтому нравится любая.

– Ничего, жена тебя избалует!

Почему-то за столом почти не разговаривали, если не считать тосты, произнесенные Балановым с наигранным грузинским акцентом.

Вина он почти не пил, а пригублял и отставлял бокал, но ел с аппетитом, без вилки, и говорил по этому поводу, мол, рыбу, птицу и девицу следует брать руками. Сергею Борисовичу даже стало интересно наблюдать за своим начальником, покровителем и теперь уже – родственником. Оказалось, и ему, всемогущему и влиятельному, все человеческое не чуждо, и он умеет не только снимать, назначать, распекать, но даже шутить.

В какой-то момент он вытащил из мяса дугообразную косточку, тщательно обсосал ее и вдруг предложил:

– А давай с тобой, зять, сыграем в игру! Разломим косточку!

Они разломили куриную косточку, после чего Баланов объяснил:

– Теперь на все, что я стану давать тебе в руки, ты должен говорить «Беру и помню».

А если ты что дашь, я буду говорить. Кто из нас забудет, что ломал косточку, и не скажет, тот проиграл.

– Он самого Иосифа Виссарионовича обыграл, – горделиво сказала его супруга.