Игры с Тенью, или Семь поцелуев для недотроги

Ледяной. Колючий. Злой.

— Я знал твоего отца. А тебя помню ещё смазливым мальчишкой, который старательно создавал красивые сады при помощи светлой магии, и которые безжалостно уничтожал твой темный старший брат.

— Он мертв. Отец тоже. Спасибо Оттару, — ответил спокойно Верлиан, словно они разговаривали о каком-то пусятке, и пожал плечами.

Я же стояла открыв от изумления рот и просто переводила взгляд с одного сумасшедшего мужчины на другого.

Тар убил старшего брата и отца Верлиана, но при этом они остались друзьями?! Это что, плохая шутка?!

— Так зачем ты пожаловал, старик? Каковы твои мотивы?

Дариус молча прошел к дивану, где уже благополучно разместился Эльтазар, и присел, закинув ногу на ногу.

— Я далеко не святой, — произнес он и виновато покосился в мою сторону. — Но Тар заблуждается, считая, что я снова провожу опыты над полукровками. Я действительно уже много лет не занимаюсь этим. Лишь передаю свои знания об артефактах, рунах и прочих магических ухищрениях.

— Ммм… — протянул Верлиан и поднял вверх голову, чтобы взглянуть на меня.

Сказать сейчас что-то у меня просто не было сил. Я стояла как вкопанная, до боли в пальцах вцепившись за спинку кресла и умирая от страха. Моего самообладания хватило лишь на то, чтобы утвердительно кивнуть головой и снова впериться взглядом в мистера Трези.

— Ив, ты не должна меня бояться. Я никогда не желал тебе зла, — правильно угадав мое состояние, произнес Дариус.

— Так же как и моей маме?

Ещё после разговора с Оттаром на утесе, меня начал мучить один вопрос. Почему мама не предупредила меня о Трези, если сама жалела о содеянном? Неужели она хотела, чтобы я была наказана Богами так же как она? А может они уже меня наказывают за ее грехи?

— Я всю жизнь любил Лиат. И люблю до сих пор. Она всегда будет жить тут, — морщинистая рука коснулась области сердца. — Мы с Лиат сделали много ошибок и страшных вещей. Но в то же время мы нашли сильнейшее оружие, чтобы не допустить тьму на землю.

— Хватит красивых речей, старик, — в голосе моего защитника прозвучала угроза. — Говори, что вы задумали.

Но мистер Трези смотрел исключительно на меня. Смесь сожаления, боли и немого прощения застыли в его глазах. И возможно у меня было слишком доброе сердце, или я была чересчур доверчива… Но мне хотелось ему верить.

— Оружие? — уточнила я.

— Да.