Какое-то время я просто дышала, пытаясь распутать мысли.
Они оба поехали туда, но порознь. Страшно представить, чем все кончится…
Я умылась ледяной водой и замычала сквозь зубы.
Все происходящее — звенья одной цепи. Взбесившиеся инвесторы, настойчивость мальчиков, в надежде затащить меня к себе и продемонстрировать сплоченность, львы — все связано.
Гиены были на первой встрече в «Авалоне» и сегодня пытались убить Кирилла. Они на стороне Сергея, который пригласил Руслана за город. Они планировали бой.
Значит, Сергей обо всем знает? Сначала расправился с Кириллом, а через несколько часов хочет прикончить Руслана? Но я его знаю, Сергей всего лишь исполнитель.
А кто заказчик?
Алина говорила, чувствовала за городом мощного оборотня. У меня такая реакция на одного оборотня — отца львов.
Получается, это он?
Кирилл почувствовал запах от записки — как на поляне в ночь похорон. Думаю, ее написал тот, кто забрал моего ребенка. Скорее всего, младший из братьев, Александр. Марк постоянно гонял его: принеси вина, купи одежду… Напиши записку, почему нет?
Это он во всем виноват.
Потому что проследить за нами от клуба и найти могилу мог только тот, кто знал, чем все закончится. Тот, кто и подсыпал мне абортивной травы.
Мне не сказали правды…
Я наклонилась к зеркалу, рассматривая спутанные волосы, упавшие на лицо и свои безумные глаза. На белой коже они казались бездонными провалами.
Не сказали правды о моем дитя…
Хозяева «Авалона» крепко держали город, слава о нас далеко летела. Слишком сильные, страшные — на них не было управы, кроме Оливии.
Львы решили разбить нашу семью…
Со вскриком я отвернулась от зеркала и бросилась из ванной. В комнате распахнула окно, обжигаясь холодным воздухом, и взобралась на подоконник.
Я осторожно ступила на карниз, ощутив, каким промозглым стал осенний ветер.
Я этого не оставлю. Пойду за правдой о дочери, живой или мертвой.
Уцепившись за раму, я спрыгнула вниз — на соседский балкон. Затарабанила в стекло, шторка отъехала в сторону, и показались два бледных девчачьих лица.
— Ключи забыла, — широко улыбнулась я, надеясь, что на мне нет крови. — Можно через вас уйти?
Меня с облегчением выпустили с балкона и проводили к двери.
Через минуту я уже заводила машину. Вопреки ожиданиям, она завелась со второго раза — прониклась ответственным моментом, и не подвела. Свет фар осветил мокрую после дождей дорогу. Сильно хотелось курить, но это от нервов. Я решила, что бросила и в спешке выжала газ.
