— Как они там, Лера?
Что с моими мальчиками? Я смотрела на нее, сжав губы. Лера мне не ответит. Но другого способа узнать нет — только к ним вернуться. Пока я предпочитаю расстояние. Пусть буду мучиться, человек со многим может примириться, но так меньше боли.
— Не знаю, — сглотнула она и опустила глаза.
Чай заварился и остывал. Я разлила душистый напиток по чашкам. Нарезала лимон. Перелила молоко в молочник. Поставила две сахарницы — с обычным сахаром и тростниковым.
Чай это целый ритуал. Мне нравилось прислуживать мальчикам за чаем.
И они видели, что меня увлекает процесс: тонко-претонко резать фрукты, лайм, апельсин, лимон. Подбирать разные виды сахара, молока, сливок — все, чтобы сделать очередное чаепитие незабываемым.
Я всегда придумывала что-нибудь новенькое.
Я поставила чашку перед сестрой. Белый фарфор нагрелся, она автоматически взялась за ручку и отдернула пальцы.
А еще чай позволяет собраться с мыслями.
Позже я отдала это на откуп сигаретам. Только после чая тебя не разрывает от кашля.
— Прости, — сказала она и я поняла, что права.
— Да ничего, — вместо того, чтобы сесть, я оперлась бедром на стол, на груди скрестив руки. — Мы не дружили и вдруг… Любая бы заподозрила. Кто, Лера?
— Зверь, — прошептала она, не смея на меня глаз поднять. Так и сидела, склонившись над чашкой, пальцы нервно гладили горячий фарфор. — Ночью пришел, потребовал впустить. А когда впустила, нож к лицу приставил. Сказал, пойти к тебе, узнать как ты.
— Больше ничего не говорил? — я затаила дыхание.
— Нет.
— Передай, что я в порядке, — я упала на стул и торопливо пригубила чай. Обожглась. — А как он сам?
Лера усмехнулась.
— На вид как обычно.
— Не просил передать что-то?
— Почему ты ему не позвонишь? — она подняла глаза, темные и любопытные, раскаяния в них не было.
— Не хочу, — вздохнула я. — Он не ранен? Ты не заметила?
— Не видела…
У Кирилла была квартира в центре. В клубе он не жил, но когда там появилась я, практически туда переселился. Теперь, когда его отношения с братом треснули по швам, он, скорее всего, вернулся к себе.
Можно съездить. Но я знала, что не поеду.
Я вспомнила, сколько времени провела у его постели…
Иногда казалось, что я люблю его больше. Чаще волнуюсь… Но это не так: больше заботилась, лечила — да. Он чаще бывал ранен. А еще он был нежнее и внимательнее Руслана.
Руслан, он… Самодостаточный мужчина. Он лишил меня невинности, спал со мной — я перешла в разряд «своей» женщины и заняла вечное место позади него. За его спиной.
