Сегодня тоже была суббота, и он, как обычно, сидел за своим письменным столом, разложив перед собой бумаги — отчеты, справки, анализы, результаты экспериментов. Но уже битых два часа бумаги эти лежали нетронутыми. Валерий Васильевич смотрел на них невидящими глазами и никак не мог собраться с мыслями. Два часа назад позвонила Вера и срывающимся голосом пролепетала:
— Олега убили.
Подробностей она не знала. Просто проснулась вместе со всеми жильцами многоквартирного дома, когда около трех часов ночи под окнами прогремел взрыв.
Конечно, она испугалась, встала с постели и выглянула на улицу. И сразу увидела, что горит их гараж — металлическая «ракушка». Сначала она даже не подумала об Олеге, просто решила, что кто-то подорвал дешевенький гаражик из чистого хулиганства. И только спустя полчаса, когда уже приехали пожарные, милиция и «скорая», выяснилось, что взрыв произошел, когда Олег ставил машину под «ракушку».
Валерий Васильевич успокаивал Веру как мог, но сам плохо слышал себя, думая только об одном: «Обошлось.
Снова меня Всевышний уберег. Обошлось».
Он ни в коем случае не мог допустить, чтобы муж Веры Жестеровой привел к нему свою знакомую на консультацию. Все что угодно, только не это. Назначив визит на пятницу, он надеялся что-нибудь придумать, но ничего толкового в голову не пришло, и он просто перенес консультацию на понедельник. К понедельнику он рассчитывал либо заболеть, либо срочно уехать в командировку на консилиум к какому-нибудь высокопоставленному серьезному больному, либо еще что-то.
.. И вдруг такая удача! Он не мог поверить сам себе. Правда, кое-какие сомнения его еще гложут. А вдруг Жестеров оставил своей подружке телефон того доктора, который должен ее принять в понедельник? Олега-то нет в живых, а в любую минуту может раздаться звонок по телефону, и милый девичий голосок напомнит Валерию Васильевичу об обещании ее посмотреть. Куда деваться? Можно, конечно, как-нибудь повежливее отказать. Но вдруг она знакома с Верой? И если за нее Вера попросит, ему уже не отвертеться.
Черт! Надо же, как все складывается...
Но все-таки хранит его Создатель, грех жаловаться. Внезапно мысль его повернула к Вере. Не дай Бог, с ребенком что-нибудь случится. Вера сейчас в ужасе, тут и до преждевременных родов недалеко, если переволноваться. Ее начнут таскать к следователю, потом придется заниматься похоронами. И за всеми перипетиями она начнет пропускать сеансы. Вот это уже совсем плохо.
