Слова Эдуарда о том, что я бревно в постели и меня никто не захочет, плотно засели в моей голове, заставляя чувствовать себя ещё никчемнее, чем есть на самом деле. Но Андрей же ведь желал меня? Я же видела это по его глазам. Меня может хотеть мужчина, я желанна. Пусть только ради примитивного секса без обязательств. Хотя, чему я радуюсь, я ведь ничего не сделала для этого, я просто забылась и плыла на волнах своего блаженства. И с Эдуардом было так же. Наверное, со временем, мужику это надоедает, что я ничего не могу дать взамен, только лишь принимая.
Боже, о чем я думаю, разве это важно? Важна только цель, ради которой я на это соглашаюсь. Он обещал научить меня не бояться противостоять Эдуарду. Он обещал мне растоптать его, уничтожить, попросив взамен секс. И несколько минут назад он доказал мне, что я ошибалась на счет того, что не смогу делать это без чувств. И это, наверное, хорошо. Почему нет? Почему я не могу просто наслаждаться происходящим.
* * *Битый час брожу по чужой квартире, не зная, чем мне заняться.
Я привыкла жить в определенном режиме: ранний подъем, сборы в детский сад, домашние дела и так далее по списку домохозяйки. И мне нравилась моя, как может показаться, скучная и размеренная жизнь. А сейчас я просто не нахожу себе места, чувствуя себя неуютно в чужой квартире наедине с собой."
"Я приняла душ в полностью мужской ванной, заставленной лишь мужскими принадлежностями. Кажется, что в этой квартире никогда не жила женщина. Она создана для мужчины. И этот странный черно-белый стиль с яркими красными пятнами в виде стульев или кресла в его спальне, рисунок обнаженной женщины со спины над его кроватью.
Да, я изучаю помещение, в котором мне предстоит прожить ближайшее время. Кажется, что я совершаю что-то запретное, находясь в комнате Андрея, но во мне просыпается дикое любопытство, хочется понять, чем живет этот мужчина.
Рассматриваю изображение девушки, испытывая непреодолимое желание дотронуться до этого рисунка. Забираюсь на кровать, дотрагиваюсь до стены с изображением, рассматриваю девушку поближе.
Она кажется живой. Словно застыла в этой позе навечно. В серых тонах, похожих на простой грифельный карандаш, ощущается что-то мрачное и притягивающее одновременно. И я понимаю, как Андрею подходит этот рисунок. Он тоже пугающий и притягательный одновременно. Слезаю с кровати, оглядываюсь по сторонам. Идеальная чистота, можно сказать стерильная. Ни разбросанных тебе вещей или небрежно оставленных предметов на тумбах.
