Имя шторма

Вернее, я шла, а Брик ковылял, опираясь на мою руку.

– Я теперь совсем как Шторм, да? – обрадовался вдруг он. – Тоже хромой!

Ну вот, нашел, в чем подражать!

– Где Шторм повредил ногу?

– Так в бою! Славное было сражение, жаль, что я его не увидел. Меня по темечку стукнули, прямо вот сюда! – Мальчик гордо ткнул пальцем в макушку.

– Чего это? Эйтри рукоятью меча и стукнул. Я же испугался, побежал… Вот он и успокоил, чтобы я под ногами не путался. Я тогда мелкий был, не то, что сейчас!

Я сердито сжала кулаки, представив, как беловолосый ильх заносит меч над мальчонкой.

Вот же гад одноглазый!

– А расскажешь еще про печного духа? – вдруг совершенно по-детски спросил Брик, и я едва удержалась, чтобы все-таки не погладить его вихор.

– Расскажу. Если не будешь слушать взрослые сплетни.

– Так я и не слушаю, оно же само слышится!

Мы добрались до таверны Наны, и хозяйка, завидев нас, всплеснула ручищами. Ее многочисленные браслеты издали дружный жалобный звон.

– Брик! Ах ты, мелкий грязнуля! Опять куда-то влез? С ногой-то что? И за что мне все это? А ну-ка иди сюда, где тебя носило, негодный мальчишка! Голодный, небось?

Под беззлобное ворчание Наны Брик уселся на лавку, получил лепешку с козьим сыром и захрустел, довольный.

Рядом белой тенью возник Эйтри, обжег меня янтарным взглядом. Я невольно поежилась. И раньше знала, что этот ильх меня недолюбливает, а после слов мальчика убедилась. Как бы этот белохвостый не придумал какой-нибудь гадости. И, словно подслушав мои мысли, варвар сделал ко мне несколько быстрых шагов.

– Когда же спасенная дева порадует Последний Берег горой обещанного пепла? – с насмешкой протянул он, обходя меня по кругу и преграждая выход из таверны.

Драгоценный пояс Эйтри мигнул голубой эмалью и молочными опалами поверх бархатной туники. Даже ножны его меча поражали филигранным литьем. Ильх любил яркие одежды и почему-то этим тоже меня раздражал.

– Похоже, от тебя никакого прока, дева.

– О моем проке судить не тебе.

Эйтри. Ты ведь здесь не конухм? Да и не хёгг, насколько я вижу, – вернула я ему усмешку, и янтарь в глазнице варвара угрожающе блеснул.

Ильх склонил голову, рассматривая меня, и я едва сдержала желание попятиться. От этого человека тянуло холодом даже в солнечный день.

– У тебя слишком дерзкий язык, – тише и глуше произнес он. – Я такие враз укорачиваю.

– Хочешь попробовать? – Я подняла брови, не позволяя себе бояться.