Имя шторма

Двэйн терял разум с того дня, как надел кольцо Горлохума. Душа пойманного им хёгга оказалась слишком дикой. Двэйн боролся годами, но так и не смог победить. Сильный всегда пожирает слабого. Поняв, что проиграл, мой побратим сам попросил снять с его шеи обруч. Единственным возможным способом.

– Только эту просьбу никто, кроме тебя, не слышал, – скривился Агмунд.

– Двэйн не должен был остаться в памяти людей слабым безумцем, который не справился со своим хёггом. – У Шторма заострились скулы, взгляд стал пустым, как стекло.

 – И в памяти своей семьи – тоже. Ведь у него была любимая венлирия и новорожденный сын-наследник. В Дассквиле моего побратима почитают как героя, пирующего за столом Перворожденных. Он был хорошим риаром, справедливым и смелым. А долг а-тэма – защищать честь своего правителя при его жизни и даже после. Я все сделал правильно.

Я до боли стиснула ладони. Было безумно жаль еще совсем молодого а-тэма, пожертвовавшего собой ради чести своего риара. Вот то, что стало его личным штормом, то, что изменило навсегда.

Протащило по камням, почти убило. Перемололо и выплюнуло другим – жестоким, кровавым Ярлом.

Все молчали. Шторм смотрел лишь на Брика.

– За такое преступление карают смертью. Но твоя мать, Тея, вступилась за меня. Она знала правду… Мне запретили ступать на сушу. У таких, как я, это всегда приводит к тому, что человек исчезает и остается лишь водный хёгг. Но я нашел иной выход.

Шторм невесело усмехнулся.

«Ярость Моря» – вот его способ жить дальше в человеческом обличье.

– Оставь мальчика, Агмунд. – Слова прозвучали сипло. – Я…прошу тебя.

Кажется, я пропорола ногтями кожу. Мое сердце разрывалось при виде Шторма. И Брика с глазами, полными боли. И еще от понимания, что все это бесполезно. Проклятый Агмунд пришел сюда не для того, чтобы щадить.

– Ты просишь? – рявкнул риар Дассквила. Его лицо исказилось от злости. – Ты убил моего а-тэма, мерзавец! Протащил его под днищем своего проклятого хёггкара и вспорол брюхо!

– Это была честная битва.

Твой а-тэм был водным хёггом, как и я. И он проиграл. Твой а-тэм убил Тею и занес меч над ее сыном. По твоему приказу, Агмунд-хёгг. Ты послал своих воинов против беззащитной женщины и ребенка. Я жалею, что не успел в тот день добраться и до тебя.

Черная волна чужаков всколыхнулась, и снова блеснули обнаженные мечи. В воздухе ощутимо запахло кровью. Только седой Одлис стоял, недовольно нахмурившись. Я едва удержалась от желания зажмуриться.