Имя шторма

Замах, удар, разворот, уклон… Нож вспорол чью-то глотку, меч отрубил кисть… нож подцепил кончик чужого рта, нарисовал багряную улыбку, меч, словно вдогонку, словно боясь отстать от верного стального друга, проделал дыру там, где у врага было сердце. Меч и нож, казалось, жили своими жизнями, соревнуясь в кровожадности за главный приз, которым должна была стать голова Агмунда. Крики боли и ярости заполнили могильник древнего хёгга.

Это было так чудовищно и так прекрасно, что на миг я ощутила дрожь восхищения.

Агмунд уже не выкрикивал приказы, лишь хмуро наблюдал за тем, как падают его воины.

Один за другим, один за другим. Как неумолимо Шторм пробивается через живой щит. Я отошла от укрытия Брика, боясь своим присутствием показать его тайник. Шарахнулась в сторону, когда рядом тяжело плюхнулось чье-то тело. На лицо брызнула чужая кровь. От сладковатого, удушающего запаха кружилась голова. Дыша урывками, я подобрала зазвеневший на камнях меч, обхватила, поразившись тому, насколько он тяжелый. И скользкий. Меня замутило. Но я сжала рукоять крепче, не позволяя себе погрузиться в пучину паники. За спиной Брик. Впереди – Шторм. Я обязана быть сильной!

Тело Агмунда на миг затянулось тьмой, и я вскрикнула. Я уже видела подобную черноту – перед тем, как Агмунд обратился крылатым огнедышащим чудовищем. Но сейчас тьма лишь обняла пеленой и развеялась, словно слизанная серым туманом.

– Хеллево пекло! – зарычал Агмунд.

Шторм в ответ хрипло рассмеялся. От врага его отделяло всего несколько шагов.

– Не получается призвать хёгга, да, Агмунд? – крикнул ильх.

Наклонился, пропуская над головой лезвие, выпрямился, крутанул нож и ударил врага кулаком в лицо, вбивая нос в череп.

Воин захрипел, захлебываясь, отшатнулся и пропустил легкий росчерк меча на своем животе.

Перешагнув через поверженного врага, Шторм снова посмотрел на Агмунда. Тот тянул тьму, снова и снова укрываясь ее крыльями, но не обращался.

– Дерьмо! Что ты со мной сделал, ублюдок? – взревел он.

Двое воинов заслонили Агмунда от Шторма.

Теперь они нападали осторожно, с опаской. Каждый в этом могильнике уже понял, на что способен раненый хромой ильх. И, к сожалению, несмотря на убийственный дуэт меча и ножа Шторма, у него все еще было много врагов. Я поискала взглядом Одлиса, но не увидела его. В клочьях тумана мелькнуло белое лицо Вермана и дикие глаза Альвы. Предатели прятались среди костей Вёльхона, словно две затаившиеся змеи.

– Не я. – Удар, укол, кровавый росчерк… – Это Саленгвард. Город мертв.