Он потянулся к моим губам, но встретился с ладонью.
– М-м? – удивлённо промычал он.
– Я не буду с тобой целоваться, Хоук, – хмуро сказала я.
– М-м… – разочарованно отозвался он, не торопясь отрываться от моей ладони, и страдальчески закатил глаза. Вид у него был настолько глупый, что я невольно улыбнулась. Оттолкнула его и вытерла руку о штанину.
– Боги, ты меня обслюнявил! Как пёс!
Хоук засмеялся.
– В каком-то смысле я и есть пёс. Во всяком случае, что-то волчье в моей второй ипостаси определённо проглядывается.
– Да, мокрый нос и слюнявая пасть.
– Что ж, я надеялся на благородство и стать, но это тоже неплохо. Хотел бы я на себя посмотреть. Ты единственная, кто меня так близко разглядывал.
– А Лирана?
– Она не подпускает зверя к себе. Обычно наблюдает через решётку, в подвале, когда я обращаюсь. Я обычно не вижу её, только слышу голос, который направляет меня и не даёт полностью потерять контроль над Тьмой. Она заходит в клетку, когда я обращаюсь обратно в человека. – Хоук вернулся к столу и присел на край.
– Тебя запирают в клетке?
– Я сам запираюсь. – Хоук пожал плечами. – Чтобы никому не навредить. Мне нужно обращаться несколько раз в месяц, чтобы держать Тьму под контролем в остальное время. В первое время вернуть человеческий облик было слишком сложно, только Лирана помогала. Со временем стало легче, но с Лираной всё равно всё проходит быстрее и проще.
Я вспомнила те дни и ночи, когда Хоук и Лирана пропадали. Я думала, что они любовники, а они… что-то гораздо более странное.
– Так что ты единственная, кого зверь подпустил к себе и… не съел после, – конец фразы Хоук произнёс извиняющимся тоном.
– Просто я ему хорошенько врезала, – хмыкнула я и упала в кресло у стола, а Хоук рассмеялся.
– Похоже, ему понравилось.
– Ты так говоришь… то есть он – это не ты? – Я посмотрела на него с любопытством.
Хоук пожал плечами.
– Не знаю. Я почти ничего не помню, когда обращаюсь в человека. Я ли это в облике зверя, Тьма или что-то ещё.
Я задумалась.
– Мне кажется, что это ты и не ты одновременно, – я говорила медленно, вспоминая детали, – ты как будто есть, где-то очень глубоко внутри. Почему-то мне кажется, что именно ты услышал, когда я звала.
Хоук сделался печальнее.
– Не хотел бы я, чтобы это было так.
– Почему?
– Потому что это бы значило, что вся пролитая кровь на моих руках.
Я поджала губы и кивнула. Вот же… Даже не подумала, что отнятые жизни для Хоука могут что-то значить.
