Аверин схватил его за ошейник и рявкнул:
– Назад!
Кузя послушно сел на пол рядом, прежде успев положить на бортик передние лапы.
И этого хватило. Владимир медленно повернулся в сторону колдуна, и зрачки его глаз на мгновение стали вертикальными – он узнал Кузю.
И тут же закашлялся, потянувшись скованными руками к горлу.
Мончинский мельком взглянул на него и кивнул.
– Отлично, – проговорил распорядитель. – Внимание! Сейчас мы увидим нечто по-настоящему интересное. Господин… – Он повернулся к Аверину.
– Мастер Снейк, – проговорил Аверин.
– …Мастер Снейк продемонстрирует нам свое колдовское искусство.
Аверин вышел на сцену и обратился к Мончинскому:
– Я хочу, чтобы с него сняли колодки и он мог защищаться. Иначе это пресно. Но пусть сдерживается. Чтобы не смел меня калечить! Если нужно, доплачу.
Мончинский согласился. Но в его взгляде отчетливо читалось удивление. Он не понимал, что за представление тут разыгрывается.
Аверин вышел к краю сцены:
– Разойдитесь к стенам. Иначе я не гарантирую вашу безопасность.
– О-о!.. – Толпа приняла указание с восторгом. И большинство отошло подальше.
– Ты тоже. – Аверин махнул рукой распорядителю. Того долго упрашивать не пришлось.
На сцене остались только трое. Мончинский открыл замок, снял и бросил на пол колодки. Владимир выпрямился и поводил плечами, разминая их. Его шею и запястья покрывали лохмотья обожженной кожи.
– Я готов, – сказал Аверин и призвал Плеть. – Музыку!
Грянула музыка.
Глаза Мончинского полезли на лоб.
Первый же удар оставил на теле Владимира длинную кровавую полосу.
Зал взревел. Владимир замер на миг, потом рванул вперед, примерно на одной десятой своей скорости. И схватив Аверина на плечо, развернул спиной к себе и зажал захватом за горло. И едва слышно прошептал:
– Вы срываете операцию Управления, ваше сиятельство.
Аверин перехватил Плеть в правую руку, увеличил мощь и хлестанул себе за спину, с поворотом. Конец Плети резанул плечо Владимира, до кости разрывая связки и заставив его на мгновение отпустить руку.
Этого Аверину хватило. Он быстро опустился на колено, выбираясь из захвата, и выставил полноценный щит. И снова ударил из-под него Плетью. Владимир отскочил, увеличив дистанцию.
Аверин поднялся на ноги.
Зал захлебывался от восторга. Аверин надеялся, что в этом шуме никто не сможет расслышать, о чем они говорят.
Плеть снова свистнула, на этот раз захлестнув Владимиру ноги. Он качнулся, но равновесия не потерял и снова приблизился почти вплотную.
