Императрица поневоле

— Выбор есть всегда, но только не забывай, что принятое тобой решение может повлиять не только на твою жизнь, но и на жизни твоих друзей и близких, — сказала я, и, не желая продолжать беседу на эту тему, отвернулась, вновь устремив свой взгляд в небо, — не хочу больше об этом говорить. Я вышла просто подышать свежим воздухом, а не выяснять с тобой отношения.

— Ты сейчас смотришь на созвездие Лерийской девы, — сменив тему, вновь заговорил Элерандиэль, удивив меня, — по легенде одна знатная эльфийка влюбилась в простого смертного охотника, встретившись с ним однажды у ручья.

Оставив свой род, она ушла жить к нему, несмотря на запрет, заявив, что он её истинный. Отец пытался вернуть неразумную дочь обратно, утверждая, что этого не может быть, что это, видимо, козни врагов, нашедших способ её приворожить, чтобы досадить ему. Уверив себя в этом, он решился уничтожить возлюбленного дочери, думая, что вместе с его смертью, спадёт и заклятье, затмившее её разум. Но, дочь оказалась права. Поэтому, когда её избранный не вернулся с очередной охоты, страшная правда настигла её. Ведь когда в подобной паре что-то плохое случается с одним из них, другой это чувствует. Горечь её потери была настолько велика, что даже боги почувствовали это. Юная леди была готова на всё, лишь бы быть вместе с любимым, даже на смерть. Но, высшие не могли этого допустить, поэтому, когда она бросилась со скалы, спасли её, вознеся на небо. Она засияла яркими звёздами в ночи, в назидание всем, кто готов был пойти против истинной любви.

— А как же её любимый? — спросила, поражённая, этой сказкой до глубины души.

— Посмотри немного правее, — улыбнулся Эл, — там ты увидишь и созвездие охотника. Теперь каждую ночь, они рука об руку, освещают влюблённым путь. Даря надежду и веру в то, что истинная любовь способна творить чудеса.

Эльф замолчал, видимо думая о чём-то своём, и я молчала тоже, наблюдая за мерцанием звёзд и размышляя о странностях судьбы.

Трава под ногами ещё хранила тепло солнечного дня, поэтому ступать по ней было одно удовольствие.

Напряжение после дурного сна и неприятного разговора постепенно проходило, уступая место сонливой усталости. Зевнув, я повернулась к дому, с намерением вернуться в свою комнату, но замерла на месте от ужаса, увидев светящиеся глаза возле розовых кустов, росших около ступеней. В густой тени, даже не смотря на рассеянный лунный свет, различить силуэт, было невозможно.

— Эл, — выдохнула испуганно, — посмотри, там, у кустов, кто-то есть.