Империя «попаданца». «Победой прославлено имя твое!»

Но груда ящиков и коробок у здания не росла, а вроде даже понемногу уменьшалась.

Постоянно подходили повозки, на них лакеи шустро грузили имущество, и нахлестываемые кнутами ломовые лошади тут же уходили в сторону морского канала, таща с надрывом тяжелые повозки. А у самого канала жизнь даже не кипела, а бурлила во всю свою мощь.

На дворцовую пристань с трех больших шлюпок выгружали ящики и бочонки, с помощью канатов уже выволокли на сушу три больших корабельных пушки на кургузых колодообразных лафетах.

Петр искренне посочувствовал морякам – каждая такая пушка должна была весить полтонны, не меньше. Разгруженные от пушек и воинских припасов шлюпки тут же забивались под завязку различным дворцовым барахлом, одна из них уже отчалила и пошла по каналу к морю.

А там – радующая сердце картина. На рейде стояло полдюжины галер и с десяток намного меньших в размерах шлюпок. В подзорную трубу было хорошо видно, как с галер дружно и весело сгружалась пехота, и щетина штыков колыхалась над головами инфантерии.

Заметив группу верховых, от канала тут же направилась группа морских офицеров. Петр опознал их благодаря памяти на иллюстрации – все в белом, но мундир зеленый. Подошли быстрым шагом, придерживая на ходу шпаги. Откозыряли двумя пальцами, прикоснувшись к шляпам.

– Ваше императорское величество, капитан-командор Спиридов! – Взгляд уверенного в себе человека, лицо суровое, просмоленное. «А ведь я его знаю, – будущий герой Чесмы». – Пакет от фельдмаршала Миниха!

Петр взял засургученный печатями пакет, но вскрывать не стал, а сразу спросил у моряка о наболевшем:

– Как дела у фельдмаршала? Что в Кронштадте?

– Флот верен вашему величеству! Фельдмаршал Миних готовит эскадру и десант к походу на Петербург.

– Посланцы из столицы были?

– Так точно, государь, были. Адмирал Талызин с офицерами гвардии прибыл под вечер. Как изменник повешен на нок-рее флагманского корабля «Астрахань», гвардейские офицеры подверглись расстрелянию, – голос Спиридова ровен, в нем ни осуждения, ни одобрения не слышно.

– С чем прибыли, командор? – задал новый вопрос Петр.