— Тетя Уля, это не девка, я же сказал! Это гостья ллары Эулы, уважаемая гостья! — попытался спасти меня служитель, но корпулентная женщина смела его с пути столь же легко, как могучая морская волна сметает тонкое деревце.
— Вижу я, какая она «уважаемая»!
То, что случилось дальше, испугало меня до икоты. Из печи дыхнуло пламенем, чистым белым пламенем, таким же, который демонстрировала мне ллара Эула. Пламя прошло через меня к нападающей тете Уле.
Мы с ней закричали одновременно; Рик восхищенно вздохнул.
Когда безобидное, но эффектное пламя опало, мальчик произнес дрожащим голосом:
— Видишь, тетя Уля? Она плад…
Тетя Уля поверила.
К моменту, когда тетя Уля успокоилась, люди Блейна уже покинули храм. Женщина сама рассказала нам об этом и заодно поведала другие детали. Сидя на ее кухне, мы с Риком жадно уплетали омлет с беконом и слушали не менее жадно. Оказывается, эньор Блейн держал путь к угольным карьерам; улучив момент, кто-то подкрался к нему и ударил несколько раз в спину отравленным клинком.
Человека этого не нашли, он быстро скрылся, словно испарился – вот почему люди Блейна были так разозлены. Надо было спасать эньора, и мужчины поспешили в Тоглуанский храм Великого Дракона.
—…Ох, что теперь будет-то, — вздыхала тетя Уля, не первый год отрабатывающая в храме грех и приставленная к кухне. — Как они явились, эта злобная толпень, на конях своих черных, я сразу поняла, что дело худо. А как услышала, что средь них сам Блейн, так чуть не рухнула! Ллара Эула, сердце наше, ради нас правила нарушила, только ради нас спасла погань эту… Накажет ее Великий Дракон, ох, накажет…
Мы с Риком переглянулись, и служитель сказал:
— Не бойся, тетя Уля.
Великий Дракон простит нашу ллару, она же не из-за выгоды отступника спасла.
— Так-то оно так, но боязно все равно. А вы, эньора, — с преувеличенным почтением обратилась ко мне женщина (еще бы не преисполниться почтением, когда тебя охватывает огонь!), — откуда?
— Это тайна, — ответил за меня Рик. — Эньора Валерия скрывается от страшной опасности, ллара Эула приняла ее тайно и держала ее присутствие под секретом.
Ллара велела представлять эньору как простую девушку, которая приехала в храм искуплять грехи.
— О-о! — выдохнула властительница кухни; ее глаза зажглись интересом. — Как хорошо, что не попались вы на глаза Блейну, эньора…
Я усмехнулась про себя: это явно была попытка узнать, не от него ли я скрываюсь.
— Они выехали на рассвете, — продолжила тетя Уля, не дождавшись от меня ответа.
