Я и сейчас, камня касаясь, ощущаю тепло огня…
— Очень красивый, — вымолвил Рик, тоже любуясь рубином. — Я же говорил: на ступени перед Священным огнем оставляют лучшие дары. А ты идти не хотела. Только не говори лларе Эуле о рубине, она велит тебе его выбросить или вернуть Блейну.
— Не скажу… — прошептала я, завороженно глядя на эту рубиновую прелесть. — Рик, я влюбилась…
— В Блейна? — ужаснулся мальчик.
— Нет, дурачок, в камень. Глянь, как переливается… С роду такой роскоши в руках не держала.
— Теперь он твой.
Полюбовавшись еще на камень, я убрала его в карман передника – главное потом не забыть забрать, и спросила у служителя:
— Что ты знаешь о перерожденных? Какая у них судьба? Что меня может ждать?"
"— Судьбы у всех разные. Перерождение – одно из великих чудес, дар Великого Дракона, поэтому к перерожденным людям относятся с уважением и почтением. Говорят, поцелуй перерожденного приносит удачу, — покраснев, добавил служитель.
— Правда? — игриво протянула я, нарочно смущая паренька.
— Хочешь, поцелую тебя на удачу?
— Не надо, — торопливо отказался он, покраснев еще больше.
— Такую возможность упускать нельзя, я непременно должна тебя поцеловать, о юный служитель храма, — с уверенным и серьезным видом сказала я, и, поднявшись со стула, потянулась к Рику.
Бедняга сначала вжался в спинку стула, потом «стек» с него, и, извернувшись, как уж, прошмыгнул мимо меня, прятаться за большим столом. Смеясь, я побежала за мальчишкой; мы стали носиться вокруг стола, как малые дети, радуясь тому, что ситуация с Блейном обошлась и никто не умер.
За этим ребячеством нас и застала некая дородная женщина.
— Что такое! — воскликнула она. — Что за девка бесстыжая, Рик?
— Это не девка, — ответил смущенно запыхавшийся служитель, — это Валерия.
— Доброе утро, — сказала я первое, что пришло на ум. — Мы немного прибрались после того, как здесь похозяйничали люди Блейна.
Женщина снова меня оглядела, нахмурилась и, уперев руки в необъятные бока, потребовала ответа:
— Кто такая? Откуда? Почему я не знаю? И почему в одной сорочке и с не покрытой головой! Какой срам!
— Я просто сразу из кровати, — ляпнула я, не подумав.
Глаза грозной дамы округлились, и она пошла на меня с самыми нехорошими намерениями; я шмыгнула за спасительный стол.
— Это девка ихняя, Рик? — захлебываясь возмущением, спросила дама. — Девка Блейна? На моей кухне?!
Я осознала, что смерть моя близка, и подняла руки вверх.
