Кончиком языка Захар провел от одной груди до другой, оставив узкую влажную дорожку. Вгляделся в ее глаза и, увидев, что они слегка затуманились, вновь приник губами к ее коже.
— Ты только не останавливайся, — попросила возбужденная женщина. И когда его язык коснулся ее живота, она невольно выдохнула: — Боже, как хорошо!
Маркелов поймал себя на мысли о том, что не мог понять, к какому именно богу было адресовано ее обращение. Впрочем, не столь это и важно.
Где-то здесь был стул, он пошарил вокруг себя рукой. Пальцы натолкнулись на стул.
Захар придвинул его поближе. Захар знал, что в минуты близости тело Инны превращается в сплошную эрогенную зону. Он помнил случай, когда однажды она от нахлынувшего на нее счастья потеряла сознание, и Захар пережил несколько неприятных минут, прежде чем она вернулась к жизни. Ноги девушки слегка раздвинулись — возможно, она сама не осознавала происходящего. Захар был уверен, что если сейчас он притронется пальцами к внутренней поверхности ее бедер, то девушка, потеряв сознание, упадет в его руки.
Следовало действовать поделикатнее. Маркелов осторожно пододвинул стул и, сев на него, подтянул к себе Инну. Так-то будет поудобнее. С этой самой секунды Инна всецело находилась в его власти. Уткнувшись лицом в ее живот, он ощутил ее запах, такой знакомый, и только сейчас осознал, что ему не хватало его все это время.
— А теперь осторожно садись, — подсказал Захар.
Не размыкая век, Инна нерешительно шагнула к нему. Бедрами Маркелов ощутил прохладу ее кожи. Мимоходом отметил, что все ее тело полыхало, а вот ноги почему-то оставались прохладными.
И тотчас позабыл об этой странности. Взяв девушку за талию, он подтянул ее еще ближе, так чтобы их тела плотно соприкоснулись. Ближе было уже некуда, Захар почувствовал ее энергетику, в такие минуты Инна бывала необыкновенно сильной. Обхватив руками его голову, она слегка застонала. Захар вошел в нее очень мягко, не ощутив сопротивления. Так, будто бы они были созданы друг для друга. На секунду Инна замерла, переживая волнующие ощущения, затем бедра ее ритмично задвигались.
— Господи, как хорошо! Где же ты был раньше? — тихо постанывала женщина.
Восторг был полным. Захар будто заново узнавал Инну. Всякий раз она бывала другой, поднимаясь на все большую высоту.
— Давай по-другому, — предложил он.
Женщина не возражала.
— Как ты хочешь? — шепнула она, по-прежнему не размыкая глаз.
Ее душа уже отыскала где-то в райских кущах заповедный уголок и не желала возвращаться на землю.
