К забавам вроде последней модели «Мерседеса» или виллы на Средиземном море он уже давно охладел, потому что все это у него уже было, и едва ли не единственное, что забавляло его в последние два года (разумеется, кроме основного бизнеса), так это подглядывание в щелочку за своими коллегами по ордену олигархов.
Причем скрытая вражда между олигархами никак не проявлялась при личных встречах. В беседах царило традиционное радушие, и, глядя на располагающие добродушные лица олигархов, трудно было предположить, что у каждого из них имеется в кармане по разведке, которая может успешно конкурировать с государственными структурами.
Обыкновенные игры больших мальчиков. Если раньше поле их деятельности не распространялось дальше песочницы, то теперь им подавай весь мир! И очень часто, если не всегда, задуманное ими осуществлялось.
Общение с коллегами носило весьма продуктивный характер, и часто они объединялись для того, чтобы противопоставить свои капиталы государству, считая его едва ли не своим первейшим врагом.
Порой так и бывало.
— Да, язычник, — спокойно ответил Захар."
"Широко улыбнувшись, Беляев признался:
— Первый раз вижу перед собой язычника. Ты им все время был? Или, так сказать, некоторая дань моде?
Со своей стороны Маркелов тоже навел о Беляеве справки. Их интерес был обоюдный. Олигарх баловался радиоразведкой, и под его началом был собран весьма сильный состав специалистов. Скорее всего, подобный интерес был вызван, так сказать, производственной необходимостью, чем обыкновенным любопытством, — чтобы собственный бизнес находился в безопасности, следует знать, чем дышат ближайшие соседи.
А потому Беляев никогда не скупился на технические изыски, и его разведывательный отдел был оснащен новейшим оборудованием. Беляев был из тех самых людей, кого интересовало буквально все, и в своих руках он умудрялся держать сотни нитей, что связывали его со все более расширяющимся бизнесом и с людьми, которые работали на него. Однако в его характере имелась одна большая отрицательная черта — он чрезмерно интересовался личной жизнью сотрудников, что не могло их не раздражать.
Впрочем, подобные мелочи его интересовали мало, он руководствовался собственным правилом, по которому ему должна быть подконтрольна любая мелочь.
Маркелов отрицательно покачал головой.
— Вовсе нет. Сам я с Северного Урала. Все мои предки были язычники. Христианство нас не затронуло.
Во взгляде Беляева просматривался интерес, который он умело прятал за хитрым прищуром глаз.
