Маркелов перевел взгляд на Беляева. По лицу генерального пробежали тени. Спокойствие давалось ему нелегко.
— Раньше как-то обходилось, — наконец выдавил Борис Алексеевич.
— Хорошо, люди мы деловые, терять время понапрасну не любим. Начну сразу, тянуть кота за хвост не стану. — Взгляд у Покровского застыл. «Интересно, сколько он может смотреть, не мигая? — невольно задался вопросом Маркелов. — Судя по тому, как держится, наверняка долго». — Моя команда не имеет никакого отношения к тому, что произошло у тебя в офисе.
Ты понимаешь, о чем я говорю. Мы, конечно, с тобой конкуренты, но ведь не до такой же степени! Хотя у меня к тебе тоже есть серьезные претензии.
— Ты о чем?
— Ведь именно твои люди выкрали из моего сейфа документы, — бросил Покровский короткий взгляд на Маркелова.
Беляев насупился:
— Это еще надо доказать."
"Покровский скривился. Похлопав себя ладонью по правому карману, сказал, поморщившись:
— Доказательства у меня лежат вот здесь… Пальчики некоторых твоих сотрудников. Хотя ты можешь и не знать всего.
У тебя же есть компаньоны…
— Что-то я тебя не пойму, так ты назначил встречу, чтобы обвинять меня?
— Нет, есть вещи посерьезнее, — продолжал Покровский. — Признаюсь, на некотором этапе нашего противостояния я желал тебе каких-то неприятностей. Думаю, что того же самого ты желал и мне!.. Но я бы никогда не стал обстреливать твой офис из гранатомета. Это уж слишком!
— Мои люди сейчас занимаются этим, — добавив голосу солидности, ответил Борис Алексеевич, посмотрев на Маркелова.
— И знаешь, есть некоторые доказательства, что следы ведут в твою контору. Что ты мне на это скажешь?
Глаза Покровского, и без того светлые, в эту секунду сделались совершенно прозрачными. Пауза затянулась, видно, в этот момент он считал до десяти, а может, дожидался, когда с лица сойдет бледность.
— Обыкновенная подстава, — наконец нашелся Покровский. — Нас просто хотят столкнуть лбами. У меня другие данные. Кому-то выгодно, чтобы мы с тобой пошли на новый виток противоборства.
— С чего ты взял?
— Когда мы с тобой перестреляем друг друга — освободится рынок — первое… Второе: произойдет новое перераспределение собственности, — загибал он пальцы.
— И тут объявляется некая третья сила, которая все это и устроила.
— Ты говоришь так, как будто знаешь, что это за сила.
Лицо Покровского приобрело прежний цвет.
— Знаю, — произнес он после некоторого колебания.
— И что же это за сила? — с усмешкой спросил Беляев и вновь бросил взгляд на Маркелова.
