Если бы он мог быть менее щеголеватым в своем черном костюме и ухоженном виде, было бы гораздо лучше.
Хотя в последний раз, когда я его видела, он был без костюма и выглядел гораздо более смертоносным с оружием между ног.
Мои бедра дрожат от воспоминаний, и боль, из-за которой я приняла ванну, чтобы избавиться от нее, снова дает о себе знать.
Я внутренне проклинаю себя за мысли об обнаженном Кингсли, и бурную реакцию на это.
Нейт здесь, ради Бога.
Оставайся спокойной.
Оставайся спокойной…
Кингсли останавливается на расстоянии волоска от меня, но не раньше, чем окутывает меня своим полностью мужским ароматом кедрового дерева.
— Какого хрена ты здесь забыла?
Мой рот открывается, затем закрывается, прежде чем я отвечаю:
— Что, черт возьми, с тобой не так с утра? Не выпил кофе?
— Ты не ответила на мой вопрос. Почему ты здесь, когда твой отпуск еще не закончился?
— Потому что мне вообще-то нужно работать, и о, проверь календарь. Сейчас такой год, когда женщинам не говорят, что делать.
— Проверь свой контракт. Это бумажка, в которой написано, что я твой босс и поэтому буду говорить тебе, что делать, как делать и когда. А это прямо сейчас. Убирайся отсюда, пока я не вызвал охрану, чтобы они вышвырнули тебя отсюда.
— Я запишу все это и доложу о превышении полномочий, а если буду в настроении, то могу и в суд подать на тебя за компенсацию.
— Крепкое дерьмо, ведьма. Иски, основанные на чистой злобе, моя специальность.
Удачи тебе, мать твою, выиграть у меня в суде.
— Это достойно попкорна и все такое, но почему вы выглядите так, будто вот-вот поцелуетесь или сорвете друг с друга одежду? Может, и то, и другое, но не в таком порядке?
Нейт говорит справа от меня.
Мы с Кингсли отшатываемся назад. Или я, во всяком случае, делаю это, жар поднимается к шее. Чертов мудак, способный спровоцировать меня одним своим присутствием, просто отступает назад. Выражение его лица даже не меняется, он по-прежнему зол, замкнут и все остальные негативные эмоции, которые он умеет демонстрировать.
— Не в этой жизни, — говорю я в ответ на вопрос Нейта.
Кингсли бросает на меня взгляд, выражающий чистое неодобрение, но затем его жесткий фасад возвращается.
Я знаю, что мне не понравится то, что он скажет, еще до того, как он откроет рот.
— Тогда ты будешь лгуньей.
Я делаю паузу, Нейт делает паузу, и кажется, что весь мир погружается в тишину.
