— Давай мы потом об этом поговорим, хорошо? Вот решим эту проблему…
— А за ней появятся другие…
— Возможно. Но сейчас, прости, я кроме как о том, чтобы выйти отсюда, думать ни о чем другом не могу. Слишком уж это место темное, а я светлая. Оно пьет мои силы, еще немного, я даже двигаться не смогу.
— И ты молчала⁈ — подскочил я и стал быстро одеваться.
— А что бы это изменило? Лезть туда раньше было чистым самоубийством. Но сейчас все изменилось. Поэтому и говорю — подожди. Вот выберемся и обязательно вернемся к тому, что начали.
"
"— Тогда пошли. Мне, признаться, здесь тоже порядком надоело. Вроде и двигаешься, а по ощущениям будто на месте застыл.
Мы вышли из комнаты, прошли на кухню — жили мы уже не в избушке — туда хода духам не было, а в пристройке к ней. Бабка была недовольна, что я перебрался к ним — мол, за мной приглядывать надо, но я был непреклонен. Рядом с моими мне было спокойней.
Нас ждал легкий завтрак — каша с мясом. Я, кстати, так и не понял, откуда Яга берет продукты. Пару раз спрашивал, но та отделывалась туманным намеками на разные возможности, которые легко найти, если знать, где искать.
Я сначала ломал голову над ее загадками, а потом забил — кормят, да и ладно.
Пока ели — духи тоже активно поглощали завтрак, нарисовалась хозяйка. Вся такая нарядная, будто замуж собралась. Торжественно поставив на стол бочонок с квасом, она самолично разлила его всем в кружки, а после мы выпили за нашу победу. И начался инструктаж.
— Значит так, касатики. Зверь этот басурманский из самой тьмы пожаловал.
Но не нашей, не этого мира. Откуда именно — то мне не ведомо. Но мыслю я, не случайно он оказался тут. Вы вот вчера с сущностью столкнулись, и ослабили его. Как он пролез через защиту мою? Видать, от магии вашей, она истощила, вот он и сунулся. Сам-то пролезть не смог, а может, и побоялся. А вот частичку себя закинул. Безмозглую, но сильную.
— Погоди. Что значит — безмозглую? Ты хочешь сказать, что он — или оно — разумно⁈
— Есть такое подозрение.
Потому как иногда я слышу его голос и слова различаю. Но язык этот мне не ведом.
— И как убить эту разумную хрень? Мечом там или магией в морду? Есть варианты?
— А не знаю я, — удивила бабка. — Точно не знаю, но подозрения имею. Темная эта тварь, а значит, света должна бояться. Но не простого магического — а света души, что есть в каждом, независимо от творимой магии.
— А конкретней?
— Вложи в удар свою суть, свою злость и ненависть, свою доброту и любовь.
