Ее белые брови поползли вверх при виде устроенной нами разрухи.
— Интересные у вас тренировки, — протянула она, задумчиво разглядывая дырявые стены. — Завтра я расскажу все, что знаю. Вижу, вы готовы выйти наружу, и это хорошо. А сегодня отдыхайте.
Когда она ушла, Навка хмыкнула:
— Думала, что уже видела все за тысячелетия жизни. Ан нет. Каждый раз, находясь рядом с тобой, нахожу причины для удивления.
Мавка толкнула меня в плечо:
— Это ты виноват. Готовься, завтра из тебя сделают приличного героя.
Я засмеялся, и смех подхватили остальные.
Одиночество в груди всё ещё тлело, но теперь его разбавляло тепло. Возможно, они боялись моей силы. Возможно, я боялся их потерять. Но пока мы вместе — равновесие возможно.
Даже если ради этого придётся разрывать себя между светом и тьмой….
Опять лежу один — тело стремительно восстанавливается и, уже отвыкнув от безделья, требует нагрузки. Интересно, а насколько сильней я стал? Нет, в том, что я вырос в силе еще больше, сомнений нет — вон как со всеми справился. А это, на минуточку, дух первого порядка и бывшая богиня.
Кстати, она мне обещала свой зад, когда я смогу ее победить. И что-то я его с собой рядом не вижу, а хочется — сил нет. И Навка свалила — мол, тебе нужно отдохнуть. А то, что для меня секс — самый лучший отдых, в расчет не берется.
Может, все-таки стоит поспать? Тело-то нормально себя чувствует, а вот мозги, не привыкшие к таким нагрузкам, явно начинают сбоить. Но как это сделать, если не хочется?
Впрочем, зря я о себе плохо думал — стоило мне лишь закрыть глаза, как голова отключилась, будто свет выключили.
И спал я хорошо — мне ничего не снилось, меня никто не тревожил, и даже твердая постель показалась удобной.
— Просыпайся, Видар. Время совершать подвиги, — донесся до меня голос, и мягкая рука коснулась моего лица.
Цап, и вот уже Мавка лежит в моей постели, придавленная моим телом, вытаращив глаза.
— Ага, попалась, которая не давалась!!! — навис я над ней.
— Пусти! Сейчас не время и не место. И вообще, я не готова!!!
— К чему?
— Ну так ты ж насиловать меня будешь? А я даже в душ не сходила!
— Какое же это насилие, если ты сопротивляться не собираешься?
— Ну, если хочешь, я скажу «Ой» и стукну тебя по спине.
— То есть, ты не против моих самых грязных намерений в отношении тебя?
— Ты хозяин, а я…
— Стоп. Вот только не надо мне того этого. У меня тоже гордость есть, и если дама не хочет, то я принуждать не буду. Не нравлюсь, так и скажи, а изображать плаксивую покорность не надо.
