Извольте обращаться к князю правильно."
"Светлые Перевертышевы, ага. Решили отомстить, надругаться, а заодно и плотно поесть? Прикольно. Я вот тоже чет проголодался, и чай как-то слишком быстро усвоился. А собак вообще едят? Или они волки? Черт, я совсем запутался!
— Ты сейчас сдохнешь, — злобный оскал, сопровождавший эти слова, наверное, должен был кого-то напугать, но меня лишь рассмешил. Ну да, стоят трое дурачков с третьего курса, рангом не выше гридня, а гонора-то аж на воеводу, не меньше. — Рвем его! Стая — вой!!!
Тени коридора академии сжались вокруг, как лапы голодного зверя.
Каменные стены, пропитанные запахом столетий, дрожали от тяжелых шагов. Трое. Их глаза светились желтым ядом, клыки обнажились в рычащих гримасах.
Оборотни. Не звери до конца — когти уже прорвали кожу на пальцах, но человечьи черты еще цеплялись за их лица. Они двигались в полукруге, отрезая путь к отступлению.
Первый, массивный, с плечами, как у быка, скрипел зубами. Второй, стройный и гибкий, крутил в руке обломок цепи — украденный, видимо, из пункта сдачи металлолома.
Третий, низкорослый, с перекошенной от злобы челюстью, царапал стену, оставляя борозды в камне. За это, я думаю, ему еще прилетит позже — академия резко отрицательно относится к порче своего имущества. Но сейчас в глазах зверя не осталось ничего человеческого, способного осознать свою ошибку.
Адреналин ударил в виски, превратив дыхание в свинцовые вздохи. Я отступил на шаг, сохраняя дистанцию. Попади я им в когти, и сразу разделят на кучу маленьких Видаров.
— Сожру! — прошипел низкорослый, прыжком сокращая дистанцию.
Его когти метнулись к моему горлу — я рванулся влево, чувствуя, как они рассекли воздух в сантиметре от шеи. Рука сама взметнулась вверх, локоть врезался в переносицу. Хруст. Вопль. Кровь брызнула на мою щеку, горячая и липкая.
Но времени на торжество не было. Массивный бросился вперед, как таран. Я крутанулся, пропуская его мимо, край кулака врезался мне в ребро — взрыв боли, дыхание сплющилось. Но его инерция стала для меня оружием: схватив за шею сзади, я вколотил его головой в стену.
Камень треснул, крошась под ударом. Оборотень осел, но сознание не потерял — его лапа вцепилась мне в бедро, когти впились в мышцу. Рев исторгся из глотки, я рванул, оставив клочья ткани в его хватке.
Цепь третьего свистнула в воздухе. Удар пришелся по плечу, рука сразу онемела. Стройный хохотал, крутя звенья над головой.
— Р-р-р-р-разорву! — его голос был как скрежет железа.
