Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5

А еще наглое поведение, о чем говорит рука на моей заднице.

— Изабелла, веди себя прилично, -развернулся я к ней.

— Вот еще. Мы в академии. А тут студенты. Темные. Мы не подчиняемся правилам, мы их сами придумываем, — процитировала она одну из заповедей Темного Братства — по слухам, самого первого объединения темных студентов со времен открытия академии.

— Привет, Вивиан, — тепло улыбнулся я девушке, которая с недовольной улыбкой наблюдала за нами. — Все получилось?

— Да, — кивнула она. — Сестру приняли, а я прошла собеседование и вроде как на испытательном сроке.

— Говори за себя. Я уже сегодня заселюсь в общежитие. Мне даже ключ от комнаты выдали. Говорят, соседка у меня — чистый зверь. И фамилия такая… запоминающаяся. Темноозерная? Темнореченская?..

— Темноводная? — уточнил я.

— Вот. Точно. Она, ага.

— Хана академии, — сокрушенно покачал я головой. — Если эти двое споются, то они тут точно всех нагнут. К тому же, она вроде как собиралась жить одна.

— Конечно.

— Нет. Не надо просить. Пусть жестит. Пусть мне тут все покажет. Хочу увидеть своими глазами светлых, свободно гулящих по академии. Хочу посмотреть, как у вас тут друг другу глотки рвут, хочу сама подраться на дуэли…

— Экая ты кровожадная, — чуть отодвинулся я от нее. — Впрочем, так и надо. Рви сам или порвут тебя.

— Видар!!! Не учи Изабеллу плохому!!! — возмутилась Вивиан.

— Поздно, — обреченно вздохнул я. — У нее уже есть учительница. А еще…

Моя рука дернулась, ловя иглу, летящую мне в затылок, напитанную до такой степени тьмой, что она едва не разрушалась во время полета.

Отмашка, и, не глядя, отправляю обратно подарок. Слышу сдавленный хек и, обернувшись, только и вижу зловонную лужу, в которую превратился нападавший. Даже вещей от него не осталось.

— Это что сейчас было⁈ — изумленно хлопала ресницами Вивиан.

— Убить меня хотели, — равнодушно пожал я плечами. — Третий раз за день. Думаю, еще пару раз точно попытаются до вечера. Ну, и ночью наверняка тоже кто-нибудь заявится. Правда, если именно этой ночью, то… я им сочувствую.

— А что будет этой ночью?

— Будет решаться моя дальнейшая судьба. Звучит, конечно, пафосно… Ай, ладно, не бери в голову.

— Жесть. И как ты с таким равнодушным лицом на это реагируешь?

— Привык уже.