Инферно Габриеля

Джулия приписала это действию пива, выпитого на голодный желудок, и запаху хозяина свитера. Вот кровь и ударила ей в голову. Такое можно было сказать Рейчел. Даже Полу. Но только не ему.

Но Габриель лишь смотрел на нее, и взгляд его снова обрел теплоту.

— Да, вы застенчивы. Но застенчивость никогда не считалась пороком… Знаете, я даже завидую вашему энтузиазму, с каким вы говорили о Данте. Когда-то и я пылал таким же энтузиазмом. Но это было давно. Слишком давно. — Он снова улыбнулся ей и отвернулся.

— А кто такой М.

 П. Эмерсон? — спросила Джулия, наклоняясь к нему.

Теплый взгляд мгновенно превратился в два острых лазерных луча.

— На эту тему я предпочитаю не говорить.

Его тон не был жестким, но каждое слово дышало льдом. Джулия поняла, что коснулась чего-то запретного, какой-то не до конца зажившей раны. Или только-только покрывшейся коркой. А она своим вопросом содрала эту корку.

Она уже хотела извиниться за бестактный вопрос, как с ее губ сорвался другой, который, наверное, тоже не стоило задавать:

— Вы пытаетесь стать моим другом? Вы это хотели мне показать через грант и все остальное?

— Вам Рейчел подбросила эту мысль? — нахмурился Габриель.

— Нет. При чем тут Рейчел?

— Она считает, что нам с вами нужно подружиться. Но я скажу вам то же, что говорил ей: это невозможно.

Джулия с трудом проглотила комок в горле.

— Над нами висит дамоклов меч всевозможных правил и положений. Университетская бюрократия неистощима на запреты и ограничения. Профессорам запрещено дружить со студентами и аспирантами.

И наоборот. Но даже если бы мы были просто Джулианной и Габриелем, сидящими за пиццей, вам и тогда не захотелось бы дружить со мной. Я — магнит, притягивающий грех, а вы — нет. — Он печально улыбнулся. — Как видите, ситуация безнадежная. «Оставь надежду, всяк сюда входящий».

— Я не верю в безнадежные ситуации, — прошептала Джулия, обращаясь к большой серебряной вилке.

— Аристотель говорил, что дружба возможна лишь между двумя добродетельными людьми.

Стало быть, дружба между нами невозможна.

— Никто не является добродетельным до конца.

— Почему же? Вы вполне добродетельная девушка. — Габриель выразительно посмотрел на нее. В его взгляде было что-то похожее на искренний восторг. Восхищение. Было и еще что-то… невыразимо грустное.

— Рейчел мне говорила, что в «Лобби» вы числитесь среди VІР-персон, — быстро переменила тему Джулия.

— Что есть, то есть.

— Она преподнесла мне это как тайну.