Инферно Габриеля

— Габриель, он ничего не делал против моей воли. Он не брал меня силой.

Какое-то время Габриель размышлял. «Ревность… Господи, представить, что еще чьи-то губы целовали ее, чьи-то руки обнимали ее, ласкали… а может, грубо щупали? Ее божественное тело…»

— Понимаю, что не имею права спрашивать, и все-таки спрошу: ты его любила?

Теперь Габриель возликовал.

— Джулианна, это самое страшное. Если ты ко мне ничего не чувствуешь, не дотрагивайся до меня и не позволяй мне дотрагиваться до тебя. Ты просила дать тебе обещание.

Я дал. Теперь хочу получить твое обещание. — (Джулия удивленно моргала.) — Я знаю свои способности обольстителя. До сих пор я старался сдерживаться. И все же я торопил события. Это не раз ставило тебя в неловкое положение. Мне бы очень не хотелось услышать, что наши отношения в чем-то развивались под моим давлением…

— Хорошо, Габриель. Я даю тебе такое обещание.

Он нежно поцеловал ее в лоб.

— Джулианна, а почему ты не позволяешь называть себя Беатриче?

— Мне тогда было очень обидно, что ты даже не спросил, как меня зовут.

— Я хочу большего, чем знать твое настоящее имя. Я хочу узнать настоящую тебя. — (Она улыбнулась.) — Скажи, я тебе по-прежнему нужен? Или ты бы хотела освободиться от меня? — спросил он, стараясь говорить спокойно.

— Представь себе, ты мне по-прежнему нужен.

Габриель снова поцеловал ее, потом осторожно спустил на пол и повел в кухню. На стойке бара для завтраков Джулия увидела большой серебряный поднос с крышкой. Лукаво улыбаясь, Габриель пододвинул ей поднос.

— Домашний яблочный пирог, — объявил он, торжественно поднимая крышку.

— Да. Ты говорила, что тебе никогда не пекли пирогов. Теперь эта досаднейшая оплошность исправлена.

Джулия недоверчиво разглядывала пирог, словно это был искусный муляж в витрине кондитерской.

— К сожалению, нет. Попросил свою экономку. Тебе нравится?

— То есть ты попросил эту женщину специально для меня испечь пирог?

— Да. А что тебя так удивляет? Я надеялся, ты и меня угостишь.

Но если ты намерена все съесть сама… — усмехнулся он.

Джулия закрыла глаза.

— Джулианна, что-то не так?

— Помнишь, ты рассказывала, как тебе хотелось домашнего пирога? Когда я узнал, как ты росла в Сент-Луисе… я подумал…

Габриель смешался, не понимая, почему его сюрприз так странно на нее подействовал. По вздрагивающим плечам он понял, что Джулия плачет. Беззвучно.

— Джулия, что случилось? — Он обошел вокруг стойки и осторожно обнял ее за плечи.