Ингвар и Ольха

То все гурьбой у колодца, то всем разом нужно… не за столом будь сказано, то опять кому-то чего-то не хватило.

Ингвар сопел, угрюмо ковырялся в разваренной рыбе. Ольха перевела взор с хозяина крепости на великого князя:

– Мне не показалось трудным помочь уставшей женщине. Я с детства привыкла управляться с большим хозяйством. А отец меня учил управлять очень большим!

Олег кивнул, понимал, о каком хозяйстве говорит. В ее словах звучал вызов, но Ольхе показалось, что великий князь воспринимает ее дерзкие слова, как старый мудрый дед принимал бы прихоти малого и не шибко умного ребенка.

– Ты хорошо управилась, – сказал он так же медленно.

– Это было нетрудно, – ответила она с тем же вызовом.

– Я уверен, ты смогла бы управиться и с еще большим хозяйством.

– Я уже говорила, – напомнила она.

За столом справа и слева притихли, начали прислушиваться. Никто еще не разговаривал с великим князем так дерзко. Олег отодвинул блюдо, взглянул в упор на Ольху:

– Тогда есть ли что-нибудь на свете, милая, что ты не умеешь?

Она ощутила, как горячая кровь прилила к щекам.

Краем глаза видела, как напрягся Ингвар, не спускает с них глаз. Но это было не время и не место, чтобы говорить что-то всерьез. За пиршественным столом такие вопросы не решают, а только обозначивают.

– Я плохо владею двуручным топором, – ответила она. – Тяжеловат.

Бояре и воеводы заухмылялись. Ольха подарила им холодный взгляд, добавила:

– Но со своей саблей я встану против двух увальней с их топорами!

Боярин наискось от Олега за столом нахмурился:

– Это нас называет увальнями?

Раздражение просилось наружу, иначе взрыв будет хуже.

И Ольха сказала Олегу, не подарив боярина даже взглядом:

– А таких можете выставить троих-четверых.

Боярин всхрапнул, начал подниматься. Глаза и рожа налились кровью. Смеясь, его осаживали с обеих сторон. Он ненавидяще смотрел на древлянскую княгиню. Олег властным движением руки опустил его на место. Глаза князя блестели в хитрой насмешке.

– Верю. Я встречал таких, кто пятерых лучших воинов… Так что не стоит драться.

Я не хочу терять своих бояр и воевод. Да, теперь я вижу, как трудно приходится Ингвару.

Он повернулся к своему любимому воеводе. Тот пожал плечами, вымученно улыбнулся, снова пожал плечами. Ему самому показалось, что слишком много суетится и пожимает плечами, вроде бы и не он, уже смотрят с удивлением, но что сказать и как держаться, не знал впервые в жизни.

Бояре похохатывали, но Ольха заметила, что на нее посматривают уважительно.