Ингвар и Ольха

Не многим удалось подсечь достаточно деревьев, чтобы затем выжечь и освободить от них местечко, где могли поставить дома, чтобы на крыши падало солнце.

– Ждите здесь, – велел он.

Павка и Боян молча слезли с коней. Павка сразу пошел собирать сушняк, ждать придется долго, раз уж воевода пошел смотреть следы лазутчиков, о которых говорил воевода Студен, а Боян занялся конями.

Дебри приняли Ингвара как блудного сына. Воздух стал еще плотнее. Запахи земли и зелени, живицы пропитывали все, даже его одежду.

Было тревожно, но вместе с тем каким-то чутьем видел за листвой шныряющих зверушек, чуял затаившуюся птаху, а даже мог бы указать место, где под землей, близко к поверхности, прогрызает дорогу крот.

Тропка повела в сторону, но Ингвар достаточно походил в лесу, чтобы не пойти по тропе, пробитой зверьем. Дальше были выворотни, от которых свернул налево, впереди потянуло сыростью, и он вышел к маленькому лесному болотцу, Асмунд не обманул. Надо при случае узнать, что медведистый воевода искал у ведьмы.

На него такие искания не похожи.

Обогнув болото, пробирался сквозь завалы, выворотни, проползал под зависшими валежинами, протискивался между деревьями в три обхвата, как вдруг впереди забрезжил зеленый свет.

Он ускорил шаг, черные папоротники хищно хлестали по сапогам. Между деревьями наметился просвет, расширился ему навстречу. Открывалась поляна, широкая земляничная поляна.

Все было залито светом, листва блистала изумрудами. С небес падал широкий оранжевый луч, упирался в крохотную избушку.

Она была из почерневших от времени бревен, густая трава скрывала нижние венцы. Из трубы вился светлый сизый дымок.

Ингвар без нужды провел ладонью по ножнам – нелепый жест, с опаской пошел к избушке. Богов не видывал, как леших и кикимор, колдунов не боялся, но у каждого сильного и здорового мужчины живет опасливое отношение к тем, кого зовут колдунами, ведьмами. Опасливое и малость брезгливое. Как к увечным, которые силой не возьмут, а гадости какой в еду подсыплют или ножом в спину пырнут.

С каждым шагом, подходя к бревенчатой стене, чувствовал себя тревожнее. С этой стороны стена глухая, уже пожалел, что идет отсюда, вроде бы подкрадывается. Сдуру могут пырнуть копьем или всадить стрелу.

Обошел справа, в той стене оказалось махонькое окошко. Мутный бычий пузырь вдобавок был засижен мухами. На широком наличнике три яркие синички весело стучали крохотными носиками.