Ингвар и Ольха

– Что? – удивился Студен весело. – Разве ты не отдала в залог? До того, как Рудый вернет мой долг?

– Но ты обещал не покидать терем Ингвара, – выпалила она. – Почему уехал так поспешно? И еще я слышала, что собираешься сегодня же уехать в Киев.

– Тебе все-таки сказали? А я уж тревожился, что девка настолько тупая…

Холод на ее спине превратился в глыбу льда.

– Ты… сам хотел, чтобы она подслушала?

– Подслушала, – хмыкнул он. – Я устал повторять одно и то же, чтобы хоть что-то запомнила.

Внезапно дверь за ее спиной отворилась.

Сильные руки ухватили ее за локти, впихнули на середину комнаты. Дверь захлопнулась с чмокающим звуком. Слышно было, как грюкнул засов. Она повернула голову направо, потом налево. Ее крепко держали гридни Студена. Оба угрюмые, молчаливые, немолодые, знающие себе цену, матерые. Такие промахов не делают, обмануть подобных зверей почти не удается.

– Зачем это? – спросила она чужим голосом.

Студен сделал знак, ее толкнули к столу. Оба гридня отступили и встали спиной к двери. Ольха гордо выпрямилась, стараясь, чтобы не видели, как отчаянно бьется ее сердце.

Ее взор был прямым, высокомерным. Она молча твердила себе, что она княгиня и должна держаться как княгиня. А это даже не рус, а всего лишь славянин, хоть и княжеского рода.

– Сядь, – сказал он медленно. – Не понимаешь? До чего же мы, славяне, просты. Ну просто как дурные козы. Это русы потерлись в дальних странах, набрались коварства да хитростей… А я набрался уже у них. Не нужна ты мне вовсе, княгиня! Ну, раз уж попалась, то я использую, а потом отдам на потеху своим воинам.

Не серьги мне нужны, поняла?

Она молчала, помертвев. Он хищно усмехнулся:

– Что ты от меня… ждешь?

– Не угадала. – Он налил неспешно вина в кубок, медленно выпил, цедя сквозь зубы, как конь, что пьет из болота. – Не нужна ты мне вовсе.

– Еще не сообразила?

Гридень по его знаку выскользнул за дверь. Другой тут же снова закрыл на засов, подпер спиной. Его маленькие глазки следили за каждым движением Ольхи.

– А кто тебе нужен? – спросила Ольха помертвевшими губами.

– Кровавый пес, – бросил Студен люто, – кто ж еще! Он примчится сюда, едва услышит, куда ты поехала.

Она все еще не понимала:

– Зачем тебе Ингвар? Почему ты его так не любишь?

– Не люблю? Это единственный человек, которого ненавижу. Ухитрялся срывать мои задумки уже трижды! И всякий раз, даже не понимая, что рвет мои сети. Но на этот раз… на этот раз боги послали мне тебя. Ингвар придет! Примчится сломя голову. Примчится без охраны.