Где-то это я уже слышала…
Я ничего не сказала вслух, Этьен тоже предпочёл промолчать.
Так, в молчании, мы и завершили свою утреннюю трапезу.
Как обычно после завтрака, Этьен предложил отнести меня наверх, в спальню, но я решила не возвращаться в комнаты, а пройтись вокруг замка, тем более что погода стояла чудесная.
В провожающие ко мне напросилась Даниэлла. Несмотря на наши с ней разногласия, я не решилась демонстрировать Этьену моё негативное отношение к оборотнице его стаи, и потому согласилась на прогулку с этой служанкой.
"
"Нет, сегодня она вела себя вежливо… и вроде бы даже пыталась изображать дружелюбие, но я видела в её глазах насмешку и чувство превосходства – женского превосходства – надо мной.
Когда мы проходили по узкой каменной дорожке мимо галереи, и из раскрытого окна второго этажа донесся громкий женский крик. Я вздрогнула и обеспокоенно оглянулась на служанку.
И вот тогда Даниэлла не смогла сдержать презрительного смешка.
—Там никого не убивают, мад’ам, — ядовито протянула служанка.
– Там кому-то сейчас делают очень хорошо.
Демонстративно облизнув языком свою верхнюю губу, она повторила:
—Очень, очень хорошо.
Молча пройдя вперед, я вышла к небольшому тихому уголку со скамейками. Присев на одну из них я, не удержавшись, спросила:
—Я сильно вас раздражаю, Даниэлла?
В отличие от английского языка, где все друг к другу обращаются на Вы, французский, как и русский язык, широко использует обе формы: и ты, и вы. Ещё зимой учителя вдалбливали в меня это простое правило: Альфа и его Луна всегда обращаются к слугам на ты, подчеркивая дистанцию между собой и этими самыми слугами.
И потому сейчас я не просто так перешла на «Вы». Мне надоела притворная вежливость, которая, по факту, мало чем отличалась от прямой грубости.
И…
Наверное, спокойный завтрак с Этьеном в отдельной столовой придал мне сил, но сегодня не хотела больше делать вид, что « всё в порядке».
Подняв голову на служанку, я добавила:
—Вы можете говорить открыто, я не стану жаловаться.
И тут Даниэлла… громко фыркнула.
—А вам есть на что, мадам? – ощерилась оборотница. – Вся стая старается, ползает перед вами на коленях, лишь бы вам угодить. Разве вам этого мало?
— Что? – нахмурилась я.
Служанка же раздражённо рассмеялась:
— Вся стая понимает, что долголетие нашего Альфы зависит напрямую от вас. И каждый из нас старается угодить вам.
Я вспомнила те холодные приемы, на которых я была вынуждена присутствовать прошлой зимой.
