Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

Ни одна девушка не сможет его проигнорировать и ответит хотя бы просто из вежливости.

Дэвры мотали на ус, горячо обсуждая каждое слово. Эхра под мою диктовку переписал послание и немедленно отправил Юна гонцом в дом мэра. И чуть не свернул ему и так пострадавшую сегодня челюсть, когда Тийге вернулся с пустыми руками. Я успокоила Мохнатого, объяснив, что отвечать на письма сразу, а тем более мужчине на ночь глядя, не принято.

Когда дэвры разошлись, делая ставки на шансы Мохнатого, я только покачала головой. Я танцы-то в план обучения не вписывала, а тут вот: искусство романтической переписки.

Эти дикари не перестают меня удивлять. Я рассеянно пробежалась по клавишам, анализируя прошедший день. Пригодятся ли дэврам эти знания? Или всё это зря? Зачем вообще пытаться загнать этих сильных мужчин с самобытной культурой в какие-то рамки?

Я впервые задумалась о том, что и они в чём-то правы… Действительно, ну к чему эти правила? Почему Эхра не может просто написать Магрете, что ему понравились её уши? Да, возможно, её это шокирует, ведь по нашим стандартам красоты… Именно, что по нашим!.

. А у дэвров, как оказалось, они совсем другие. И Эхра Мохнатый видит не нескладную дылду, не несуразное платье, что Магрете совсем не идёт, не оттопыренные уши и блёклые глаза… А скромную девушку, которая мечтает о том, что и её кто-то полюбит.

Скомканный результат часового труда Эхры я осторожно расправила и перечитала вновь. «Вы вот прям ваще. И уши». А, может, это и был самый правильный вариант? Получи я, конечно, в своё время такое от жениха – прекратила бы с ним общение сразу.

А сейчас, уже немного зная дэвров… Это было так искренне, так просто, так незамысловато.

Листок я бережно сложила и решила сохранить.

– Я вот поворот на счёт «три» чот не до конца уяснил, – тихо рыкнул сзади знакомый бас. – Покажешь ещё раз, тесса?

– Вам-то это зачем, господин кайарахи? – я грустно улыбнулась, не оборачиваясь. – Да и музицировать сейчас некому.

– А ты в голове себе наигрывай, тесса. И показывай.

А я музыку и так помню, – чужое дыхание обожгло мне затылок. – Вот как ты в самый первый раз на корабле играла, так и не идёт из башки.

Чёрный Вепрь, как и в тот раз, протянул из-за моей спины правую лапищу и осторожно огладил пальцем тонкий золотой браслет на моём запястье. И развернул ладонь в приглашающем жесте. Этого я сегодня точно не показывала. Но, повинуясь выработанным рефлексам, вложила свою левую руку, как того требовала позиция для последующего вальса.