Через несколько секунд в телефоне послышался мужской голос:
— Але…
— Александр Вениаминович Ефремов? — в полушутливом тоне произнес Забродов.
На связи возникла небольшая пауза.
— Он самый, — подтвердил абонент и в свою очередь спросил: — А это кто?
Илларион Константинович рассмеялся:
— Твой московский товарищ, Илларион Забродов.
После мимолетного замешательства в мобильном телефоне раздалось радостное и возбужденное восклицание:
— Константинович, ты, что ли?! Как ты меня нашел?
Забродов добродушно усмехнулся и проговорил:
— Ну, Сашок, ты даешь, ты же мне в аэропорту свою визитку дал.
— А-а! — вспомнив встречу в аэропорту «Пулково», воскликнул питерский журналист и виновато засопел. — Точно, Илларион, я и забыл! Ты знаешь, так завертелся на работе, что даже в туалет бегаю только в экстренных случаях.
Илларион Константинович рассмеялся и посоветовал:
— Не шути, Александр Вениаминович, с огнем. А то, господин экстремал, всякое может случиться.
Ефремов печально и устало вздохнул и сухо сказал:
— Знаю, Константинович, да тут такие дела навалились.
У нас тут в Питере убили футболиста Жевновича, так общественность и болельщики волнуются и требуют найти убийцу, а материала — кот наплакал!
Полковник Забродов помнил, что Ефремов выпускает журнал «Футбол», вращается в спортивных кругах, но предположить, что именно он будет заниматься делом Вячеслава Жевновича… Это была большая удача! Теперь Иллариону Константиновичу не нужно было просить: достаточно намекнуть, и Александр выполнит его просьбу с превеликим удовольствием.
— Я кое-что слышал об этом громком деле, — заметил Забродов.
— Так ты же, товарищ полковник, не поклонник «игры миллионов», — недоверчиво заметил редактор журнала «Футбол».
— Я не поклонник самой игры, Ефремов, — согласился Илларион Константинович, — однако, уважаемый товарищ работник СМИ, иногда интересуюсь, что происходит вокруг круглого кожаного и скользкого мяча.
Александр Ефремов снисходительно хмыкнул и заметил:
— Интересно…
— Бывших разведчиков, Александр Вениаминович, как ты сам понимаешь, не бывает, — сказал Забродов.
— Это точно, товарищ Забродов, — согласился Ефремов и, зная опытного боевого офицера не понаслышке, тут же не сдержался и поинтересовался: — И что же, Константинович, тебя заинтересовало в околофутбольных кругах?
Забродов не стал торопить события и, выдержав паузу, неторопливо прикурил сигарету.
— Але… — нетерпеливо подал голос его питерский собеседник.
