Илларион Забродов, выпустив струю сизого дыма, озадаченно почесал рукой свою седую шевелюру и, недовольно хмыкнув, встал с кожаного кресла.
«Допрыгались… — раздраженно подумал он, — уже спортсменов стали стрелять! Так недолго и до врачей и учителей дойдет!»
Забродов протяжно вздохнул, выключил телевизор и направился в кухню, чтобы выпить для успокоения сто граммов. На душе было неспокойно. Ирина Мирошниченко, с которой он должен был встретиться на вокзале, канула в неизвестность.
«А чего ты ожидал, пенсионер, — медленно подойдя к небольшому, стоящему на холодильнике зеркалу, горько и раздраженно укорил себя отставной полковник Главного разведывательного управления.
— И ты туда же со своими чувствами и переживаниями. Так тебе и надо! Бабы есть бабы!»
Забродов резко дернул за ручку холодильника и заглянул внутрь. Однако, к его большому разочарованию, водки в бутылке оставалось лишь на самом донышке.
— Вот проклятье! — зло выругался Забродов. — Если уж не везет, так это надолго!
Илларион Константинович Забродов поставил на место почти пустую бутылку и, раздраженно хлопнув дверцей, быстро закрыл холодильник.
«Нужно срочно сбегать в магазин за боеприпасами», — решил он и посмотрел на висевшие на стене часы.
Стрелки часов показывали начало девятого вечера. Однако выходить на улицу ему не хотелось…
Походив по квартире, Забродов задумчиво почесал затылок и решил позвонить своему соседу Говоркову.
— Але… — почти сразу важно ответил сосед. — Говорков слушает вас…
Илларион Константинович усмехнулся: ему вдруг показалось, что он попал не к своему соседу с первого этажа, а в приемную какого-то важного чиновника.
— Добрый вечер, Петрович! — поздоровался Забродов.
— Это кто? — уточнил Говорков.
— Своих соседей не узнаешь, господин Говорков? Это я, Илларион Забродов.
— Ты, что ли, Константинович? — удивленно переспросил Говорков.
По разговору Говоркова Забродов понял, что тот уже принял на грудь.
— Я, Петрович, я! — раздраженно ответил Забродов.
На сей раз Иосиф Говорков взорвался громким и радостным восклицанием.
— Константинович, а я как раз только подумал о тебе, — вдруг радостно воскликнул Говорков.
— Рад слышать, что хоть кто-то думает обо мне, — скептически заметил Забродов.
Говорков запыхтел и проговорил:
— Да я серьезно, думал, с кем посоветоваться, и решил, что лучше тебя в этом деле никто не разберется.
Забродов насторожился и спросил:
— А что случилось, Петрович?
Тот громко вздохнул.
