Ветры обдували остров со всех сторон, и ночью было достаточно холодно.
Поев яиц и убив ещё одну птицу, он осмотрелся на самой верхушке скалы. На востоке маячил ещё один такой остров, а далеко за горизонтом ещё парочка. Значит ли это, что его мучениям пришёл конец? Очень похоже на то.
Для птиц эти скалы были домом, но это пока не значило, что материк где-то рядом. В его случае крайне плохо, что он не имеет больше пятидесяти маны. Если бы Гург об этом узнал, то никогда не взял бы его в такое плавание. Ведь этот минимум нужен для запуска сигнального фаербола.
Мик не в силах подать сигнал, даже если вдалеке увидит корабль. Они просто его не заметят. Чтобы не думать об этом, он облазил весь остров и понял, что переоценил размеры этого клочка суши. Мик не стал собирать все яйца, так как это отпугнуло бы птиц, и он больше не смог бы добывать мясо. А мясо это сила. Это его топливо.
Поев, он чувствовал прилив бодрости и даже какую-то кровожадность. Мик теперь смотрел на пернатых не с простым человеческим любопытством, а как на объект пропитания.
Так, наверное, коты смотрят на голубей. Летайте, летайте, мы с вами потом поговорим.
От нечего делать, он нашёл большую засохшую земляную лепёшку серого цвета и подпалил её. О чём сильно потом пожалел. Быстро выкинув тлеющую гадость в воду, он ещё долго ловил ртом воздух. Надежда подать сигнал таким образом пропала. Эти штуки слабо годились для топлива.
На восьмой день он всерьёз задумался о путешествии на другой остров. Нужно было что-то делать.
Здешние птицы уже резко на него реагировали и разлетались, стоит ему хоть чуть-чуть приблизиться. Мик собрал все яйца, что нашёл, и под недовольный гвалт пернатых отправился к другому острову.
Почти доплыв, он увидел в толще воды приближающуюся к нему рыбину. Она очень напоминала одну из тех, что жрали куталика. Глазной жидкости больше не было. Ничто не защищало от опасности.
Едва Мик убрал руку, как щелкнула челюсть. Конечность не пострадала, а вот психика ещё как. Оставалось около сотни метров до острова.
Нужно её как-то отвлечь. Взгляд упал на собранные в куталлову кожу яйца. Он тут же их высыпал за борт подальше от себя. Хищник высунулся из воды, оголяя пожелтевшие зубы."
"Это позволило оторваться и вылезти на берег. Правда, плавник утащила вторая рыбина, не дав ему никаких шансов. Единственное, что осталось у Мика — это куталлова ткань. Хорошо хоть ногу не откусили, подумал он, глядя как плавник исчезает в пасти морских охотников.
